Саид откидывается на спинку диванчика, вновь берет сигарету и закуривает. Я кладу перед собой папку и не спешу открывать. Еще пару дней назад я бы верещал от радости, что вот-вот узнаю кто я, кто мои родители, а сейчас…а сейчас понимал, что не хочу знать правду. Папка жгла, как уголь в руках. Открываю. На меня смотрит маленький мальчик. С большими злыми глазами. Наверное, зелеными. На этой фотографии ему примерно лет шесть-семь. Усмехаюсь. Дата рождения правдивая, не соврали. Графа мать-отец стоят прочерки. Переворачиваю лист.
Тут будет реклама 1
Отказ от ребенка на следующий день после рождения. Так…читаем без эмоций, но блядь, как же сложно… Убираю руки с бумаг, зажимаю их между ног и читаю фамилию женщины, которая подарила мне жизнь, которая отказалась: Рудова Татьяна Романовна. А сзади лежит копия справки о смерти. Потом фотография. Две фотографии. Сглатываю, беру первую фотокарточку. На меня смотрит серьезная девушка, черноволосая, коса перекинутая через плечо. Ни улыбки, ни игривого взгляда. Вторая была уже знакома: утром такую же фотографию держала Вера Ивановна.
Тут будет реклама 2
Компания молодых людей. Нахожу пару Карениных, неподалеку стоит Таня Рудова, а за ее спиною, как ангел смерти, стоял Хищный Федор. Мрачный, зловещий, с тяжелой энергетикой, которая просачивалась даже сквозь фотографию. Было понятно, почему молодая девушка боялась его до дрожи в коленках, не хотела находить точки соприкосновения. Разве со Смертью обнимаются добровольно?
— Только не говори мне… — боже, нет! Нет!!! Трясу головой, не в силах смириться с реальностью.
Тут будет реклама 3
— Саид! — смотрю с мольбой на Каюма. Тот качает головой.
— Это шутка? Злая шутка? — истерически смеюсь, пролистываю остальные бумаги, там все мои дела из интерната, выписки из ментовки. Нигде нет и слова о том, что мой враг кем-то мне приходится.
— На самом деле у меня нет сто процентной гарантии, что Хищный твой отец, я просто сделал свой вывод. После смерти Рудовой он начал активно шерстить детские дома, что выглядело очень странным, ведь до этого он не интересовался брошенными детьми, благотворительностью не занимался.
Тут будет реклама 4
Я грешным делом подумал, что начал заниматься торговлей детей. Он целенаправленно кого-то искал. Мои люди за ним следили, потому что Федор искал на моей территории, и его одержимость интриговала. Когда он сбил женщину, — смотрит на меня в упор, а я отвожу глаза, закрываю папку, отодвинув ее подальше от себя. — Я приказал ему убраться из города. Историю замяли, скажу честно, не без моей помощи.
