И ведь могло бы ничего и не быть, если бы дурак Генка не стучал Трофиму. Если бы не это, век бы ему не видеть ни Виталия Васильевича с его заказом, ни Трофима с его требованием в течение трех дней стереть с лица земли снайпера, застрелившего его внука.
В недрах сознания Паровоза-Кабанова зрело решение, возможно, далеко не самое удачное, но дававшее хоть какую-то надежду. К вечеру понедельника решение из недр сознания поднялось на поверхность, и Виталий Николаевич, помучившись с полчаса, все-таки снял телефонную трубку.
– Здравствуй, Виктор, – осторожно сказал он, услышав на другом конце знакомый баритон.
– Вечер добрый, – ответил Виктор Алексеевич Гордеев, не узнавая собеседника.
– Кабанов моя фамилия.
– Паровоз?! Какими судьбами? Ты в последние годы меня избегать начал, – насмешливо поддел его Гордеев. – Провинился в чем, что ли?
– Я, Витя, не по твоей части. Ты же у нас в Москве главный ловец душегубов и насильников, а под меня все твои коллеги-экономисты подкапываются. Ты им шепни по-дружески, Виктор, пусть на меня силы зря не тратят, я честно живу, и деньги у меня честные.
– Ой, ладно тебе, Паровоз, о том, какой ты честный, легенды ходили, еще когда мы с тобой в пионерах да в комсомольцах штаны протирали.
– Грех тебе, Виктор, старым мне пенять, – усмехнулся в трубку Кабанов. – Забыл, как ты из троек по химии не вылезал, а я тебя в круглые отличники вытащил?
– Ну, на то и Паровоз, чтобы тащить. Специальность у тебя такая. Вообще-то ты молодец, Виталя, ты хорошую идею мне тогда подкинул, насчет разделения труда.
– Это хорошо, – неожиданно серьезным голосом откликнулся Кабанов. – Потому что мне с тобой поговорить надо.
– Хочешь встретиться? – предложил Гордеев.
– Не могу. Пасут меня.
– Кто? Наши?
– Да какие ваши! Мой собственный, хрен бы его взял. Стучит на меня самому Трофиму.
– Чего ж ты так неосмотрительно? – посочувствовал Виктор Алексеевич.
– Да я только на днях узнал, что он стучит. Так-то он парень хороший, надежный, я ему доверяю. Но то, о чем я хочу с тобой поговорить, должно мимо него пройти. Не приведи господь, Трофим узнает, что я с тобой связался.
– Говорят, крут ваш Трофим? – полюбопытствовал полковник.
– Крут, ох крут, – подтвердил Кабанов. – И, между прочим, у него, как у всякого уважающего себя мафиози, есть люди в твоем ведомстве.