А затем вытащил из кармана пиджака телефон и приложил его к уху.
– Звонит, – пробормотала Кира. – Кому-то он звонит. Интересно, кому?
Внезапно в машине раздалось мелодичное пиликанье.
– Что это?
– Это мне, – засуетился Владимир Игоревич. – Это мой телефон.
– А-а-а… Ну, ответьте.
Художник взял телефон, и Кира снова перевела взгляд на Аристарха. Тот все еще кому-то звонил, напряженно хмуря лоб. А пиликанье никак не прекращалось, что вывело Киру из себя. Она искоса взглянула на художника и обнаружила, что тот сидит и пялится на свой телефон с вытаращенными глазами.
– Что еще случилось?
– Это он!
– Кто?
– Он! Аристарх мне звонит.
– Так это он вам звонит?
– Ну да. Мне. Он звонит! Ответить?
– Ни в коем случае! – почему-то испугалась Кира. – Не отвечайте!
Художник послушно спрятал телефон. А Аристарх, так и не дождавшись ответа друга, махнул рукой. Потом повернулся и, изменив направление своего движения, вышел со двора.
– Куда это он?
– Не знаю. Но поедемте на всякий случай за ним.
Теперь Аристарх двигался вполне уверенно.
Азарт слежки уже охватил и Киру, и Владимира Игоревича. Кира вцепилась в баранку, следя за дорогой. А художник говорил ей, куда свернуть на следующем перекрестке. Так дружным тандемом они и работали, пока Кира не произнесла:
– Места какие-то вокруг знакомые.
"– Да, – упавшим голосом подтвердил Владимир. – Похоже, что ко мне. Странно, что понадобилось Аристарху у меня дома?
Кира уже знала, верней, догадывалась, что понадобилось Аристарху, но все же решила утешить художника:
– Ну, не переживайте вы так. Возможно, он еще и не к вам в гараж едет!
Но Аристарх ехал именно в гараж. Последние сомнения развеялись, когда такси остановилось возле двухэтажного флигеля, в котором располагалась мастерская его друга.
– Зачем он туда идет? – волновался художник, следя за движениями своего друга. – Откуда у него ключи?
– Вы сами ему дали. Разве не так?
– Да. Дал.
– Вот дали, а забрать и забыли.
– Но я же не знал! Кира! Он взял мою машину!
Кира и сама уже увидела глазастую морду «Опеля», которая появилась из-за дверей.
– Что он творит?! – чуть не плакал художник. – Берет без спроса мою машину! Разве так можно?
Кира не стала его утешать дальше.