Даже сухопутный Призрак видел, насколько опасно двигаться по фарватерам без лоцмана или карт. Малейшая ошибка — и можно напороться на жуткие скальные выходы. Во время прилива риск оправдан, но соваться сюда молодой штурмовик, будь он шкипером, не стал бы ни под каким предлогом.
Только теперь Призрак понял, зачем Игнат стремится завладеть гравитонами. Летающему кораблю не страшны мели и рифы. Убрал паруса, поднялся вверх — и наслаждайся полетом.
— Здесь никто не пройдет, — вздохнул штурмовик, запоминая расположение островков, и стал осторожно спускаться по узкой каменистой тропке, придерживая за лямку сумку, сшитую из дерюги специально для переноски яиц, что было очень удобно, когда приходилось лазать на скальные вершины к птичьим гнездам.
Сейчас у него в сумке лежала дюжина крапчато-белых продолговатых яиц. Призрак собрал их исключительно для отвода глаз, если произойдет нежелательная встреча со стражей острова.
Обогнув выступ скалы, Призрак замер в испуге. Он ожидал подобное и был готов к встрече, но только не сейчас. Дорога вниз оказалась перекрыта, а лезть наверх означало загнать себя в угол без шансов спастись. Наверх по узкой тропинке поднимались трое пиратов во главе с Красавчиком. Один из его спутников что-то произнес, вытягивая руку вперед.
— Прекрасный день, не правда ли, сударь? — громко спросил он, положив руку на рукоять кортика и недвусмысленно поиграл на ней пальцами. — Не хотите ли поделиться своими впечатлениями, что увидели?
— Ни малейшего желания, господин Красавчик, — стоя на месте, ответил штурмовик, лихорадочно проигрывая пути отступления. Выходило, что только вверх. Тропа ведет на гребень скалы, с которой можно перебраться на другой холм, продраться через заросли колючего кустарника и снова подняться.
— Вынужден прервать твое занятие.