— Наши?
Из-за кустарника, росшего вдоль натоптанной тропы, один за другим выходили люди. В свете зарождающейся луны зоркие глаза Гуся различили темные фигуры, чья одежда удачно сливалась с фоном черного леса.
— В чем задержка? — раздался недовольный голос Игната.
— Да вот, пираты решили здесь небольшую крепость устроить, — с облегчением выдохнул Леон. — Не знаю, жечь ее или атаковать. Людей маловато.
— Эскобето уже выслал абордажников на помощь Ричу, — сказал Игнат. — У нас мало времени, поэтому будем жечь.
— А как же форт? Пламя увидят…
— Моя «Тира» уже в гавани держит под прицелом весь берег, — Игнат усмехнулся и махнул рукой, подзывая к себе кого-то из штурмовиков.
* * *Взять в ножи «сторожевой островок» оказалось делом не столь сложным, как мне представлялось вначале. После высадки с «Ястреба» мы на своих закамуфлированных лодках доплыли до Двух Калек и спрятались там на весь световой день. Я опасался, что у противника в наличии окажется завалявшаяся подзорная труба, и какой-нибудь скучающий дозорный начнет пялиться в нее, и заметит шевеление на скалистых берегах.
Я вместе с Призраком внимательно изучал карту, нарисованную им по памяти, изредка спрашивал, если что-то было непонятно.
Заметил, как прошел «Альбатрос». На островке не отреагировали, только ударили в рынду, предупреждая о торговце. А так все было тихо. Лениво передвигались по насыпным валам стражники, совершенно не проявляя интереса к происходящему. Скоро шевеление и вовсе заглохло. Солнце поднялось высоко, стало жарковато.
С наступлением темноты штурмовики оживились и зашевелились, готовясь к нападению на островной форпост. Нам повезло, что со стороны Аксума натянуло тучи, и они закрыли молодой месяц, который хоть и не имел достаточной яркости, но мог предательски подсветить водную гладь пролива. Я дал сигнал, и пять остроконечных лодок с тихим плеском оказались в воде. Мои бойцы действовали слаженно.