Но я бы дал ему шанс защитить себя, а не быть зарезанным как овце.
— Не беспокойся, Локус. Боги сами решат, кто прав, — ответил я в спину пирата, быстро удаляющегося с места переговоров. Повернулся к Призраку. — Ты сам его убьешь, или отдашь это право мне?
— Сам! — Призрак выдернул палаш и провернул «восьмерку», рассекая клинком воздух.
— Старый ублюдок! — заорал Красавчик вслед фрайманам. — Ты просто трус! Надеюсь, сдохнешь скоро за свое предательство! Ну, иди сюда, малыш! Хочешь поскорее встретиться со своим дружком? Я готов предоставить тебе эту услугу!
— Вспомни, чему я тебя учил, — смотрю на Призрака, чтобы увидеть причину, по которой без колебаний заменю парня на дуэли.
"— Я убью его, командор, — тихо ответил парень, в глазах которого стояла не только решимость, но и ледяное спокойствие. — Не сомневайся во мне.
Киваю в ответ и отхожу в сторону. Мне больше нечего сказать. Это личное дело Призрака, его месть.
* * *Пока мы лишали Старейшин всех привилегий, которыми они осыпали себя, и отодвигали их от всех дел Вольного Братства, Эскобето успел перегнать «Ласку» в удобную бухту, где стояла моя «Тира» и «Золоторогий». Рядом с «Лаской» стояла «Твердыня», причем оба корабля расположились бортами к берегу. Хорошо, что пушечные порты не были открыты, иначе бы появились нехорошие подозрения. Впрочем, они и сейчас мелькнули. Гравитоны — небывалый куш, чтобы пойти на нарушение договоренностей.
Мрачные мысли нужно было откинуть. Придется доверять этим пронырливым дельцам и держать за пазухой заряженный пистолет. Желательно не один.
На берегу оказалось невероятно многолюдно. Оказывается, подшкипер Паскаль перекинул с «Тиры» на охрану гравитонов два десятка абордажников в помощь моим штурмовикам.