— Есть, командор! — Паскаль поправил шляпу, и дробно стуча каблуками сапог, слетел вниз. Ловко, по-обезьяньи, взлетел на борт галеона по абордажным веревкам и исчез.
Я за него не переживал. Даже если и погибнет, одной заботой меньше. Пиратский экипаж во время побега мне не нужен. Как только вольные братья сообразят, куда я намылился, сразу же попытаются воспрепятствовать. В Дарсию я возьму только самых верных и преданных людей. Уверен, что с такими деньжищами мы сможем осесть в чужой земле и спрятаться на некоторое время от неприятностей.
"Кажется, пора сваливать. Высокий борт галеона скрыл от меня происходящее на море, но по интенсивности пушечных выстрелов стало понятно, насколько плохо дело у пиратов. Транспортники конвоя, как наиболее легкие и незащищенные, оказались выбиты практически все. На корме «Красного Льва» — так назывался второй галеон — в драном кафтане появился незнакомый мне пират и отчаянно замахал руками. Он сигнализировал о захвате объекта. Молодец Китолов, справился с сопротивлением экипажа.
«Наш» галеон затрещал и стал разворачиваться носом к осту. Тот же маневр совершила призовая команда Китолова. Неплохо, очень неплохо. Два из трех «золотых сундуков» захвачены. Теперь проблема лишь в том, как защитить их от конвоя.
Как только «Фенсер» отвалил в сторону, я окинул взглядом поле боя и присвистнул от потрясшей меня картины. Поверхность моря была усеяна обломками кораблей, большинство оставшихся на плаву кораблей, пиратских и королевских, отчаянно боролись с пожарами, возникшими во время боя. Никому не было дела до угоняемых галеонов. И это хорошо. К нам тут же стали подтягиваться разрозненные силы вольных братьев. Я отыскал «Ласку» Эскобето. Разрушения на ней были жуткими. Борта зияли дырами, но мачты остались целыми.
Королевский конвой хоть и потерял половину состава, выглядел предпочтительнее, но почему-то «Ярость морей» не дала команду преследовать уходящие с нами галеоны. С бортов пиратских кораблей неслись вопли радости, перекликаемые с яростными криками дарсийских матросов.