Штурмовик-3. На абордаж!

— Смерть! — разом завопили штурмовики и сиганули вниз, как только борт «Бегущей лани» оказался чуть выше уровня борта брига.

Для абордажников прыжок оказался удачным. Многие даже удержались на ногах, а кому-то пришлось гасить инерцию кувырком через голову. А через мгновение они столкнулись с экипажем пиратского корабля. Протяжные крики ярости и боли разнеслись над морем. Загремели выстрелы, звон стали взлетел вверх, а затем произошло неожиданное.

Клэд Фальтус, ожидал сигнала для высадки на бриг, когда он будет зачищен хотя бы наполовину.

Несколько младших офицеров и четыре десятка отчаянных рубак-абордажников стояли возле борта, сжимая оружие. Кто-то пошутил, что трусливые пиратские крысы даже не хотят принимать бой, а прыгают за борт, спасаясь от рубящих плоть палашей."

"Мичману это показалось странным. Он еще только обдумывал, почему на пиратском судне так мало моряков, и почему все они стали разом прыгать в воду, не принимая боя, как только «Бегущая лань» с тягучим завыванием, идущим из нутра корвета, нависла над мачтами противника, ломая их в щепку.

А дальше перед глазами вспух яркий оранжево- багровый шар. Словно гигантский кулак со всего размаха врезал по кораблю ниже ватерлинии. Палуба встала дыбом и начала опрокидываться. Клэд в ужасе схватился за леера, осознавая, насколько ничтожны его потуги спастись. Многие с воплями заскользили по доскам и улетели в воду, при этом ломая себе кости о различные палубные надстройки. Кто-то успел, как и мичман Фальтус, обезопасить себя от падения, но это не меняло дела. Корвет опрокидывался невероятно медленно, а оглохший молодой офицер с ужасом услышал пробивающиеся сквозь вату в ушах пронзительное завывание гравитонов, утративших связь с кораблем.

«Конец!» — мысль суматошной птицей мелькнула в голове, а дальше Клэд действовал как во сне, когда хотел вырваться из кошмаров. Просто отталкивался от поверхности и летел вниз. И просыпался с дико бьющимся сердцем.

Упершись ногами в борт, мичман сделал то же самое, только наяву, с ужасом разжав руки от единственной мысли, колотящейся в виски: это смерть.

Кренящийся корвет еще только раздумывал, падать ему вниз или остаться в таком состоянии в воздухе (те, кто наблюдал эту картину с борта «Хваткого», были в ужасе от болтающейся между небом и водой массивной туши «Лани»), когда раздался оглушающий взрыв. Он разметал на много миль вокруг обшивку корабля, людей, пушки и боеприпасы, частично разрушив парусную оснастку «Ленивца» и убегающей от него пиратской шхуны.