Потом Плясун хлопнул по плечу собеседника, похохотал и ловко спустился вниз. Усевшись в самой середине лицом к мичману, подмигнул ему.
Лодка помчалась к берегу. Мужик на берегу радостно замахал руками, а освободившаяся от опеки свинья с визгом кинулась по отмели к густым зарослям и скрылась в них.
— Командор! Командор вернулся! — странный человек кинулся в воду и стал активно помогать матросам вытащить лодку на берег. Пираты посмеивались, беззлобно шутили, называя мужика довольно необычным именем: Слюнька.
Клэд вдруг заметил на лице Слюньки печать безбрежного идиотизма и пустоту в глазах.
«Да он больной! — пораженно подумал мичман, дожидаясь, когда его освободят от ремней на ногах. — Несчастный дурак, радующийся жизни!»
— Командор, у тебя богатый улов! — Слюнька, кривя губы в улыбке, смотрел на мичмана, вылезшего из лодки. — Ты взял себе раба?
Лихой Плясун раздраженно пихнул дурачка в плечо, и тот, неловко попятившись, хлопнулся на задницу.
— Барон! — обиженно завопил Слюнька, и вскочив, бросился в кусты, где чуть раньше спряталась свинья.
— Идиот! — командор со злости пнул подвернувшуюся под ноги сухую ветку. — Если бы не Тира, давно утопил бы. Надоел!
Шли недолго. Клэд даже не устал, а вот злобные мошки, тучей крутившиеся над головами маленького отряда, изрядно взбесили его. Ведь руки до сих были связаны, и приходилось нелепо размахивать ими, что вызывало веселый смех пиратов. Пару раз мичман запнулся об корни высоченных деревьев, которые ему были неизвестны.
Форт показался неожиданно. Глухой частокол из бревен опоясывал двухэтажное здание со сторожевыми площадками; по неширокой террасе прохаживалась парочка пиратов, обвешанных всевозможным оружием, начиная от кинжалов и заканчивая заткнутыми за пояс пистолетами. На самой верхушке форта уныло обвис знакомый штандарт с красоткой и скелетом.