Пришлось тоже встать и пожать ее. — Пусть все будут свидетелями нашего договора. Игнат помогает мне разобраться со Старейшинами и по возможности подготовит нападение на дарсийский конвой. Я же, в свою очередь, клянусь не чинить препятствия и защищать Игната, а также его друзей: Ардио, Ансело и Рича. Но после того, как фрайманы возьмут власть на Керми, я не хочу видеть тебя здесь, парень. Уезжай в Дарсию, Сиверию или хоть к дьяволу в гости. Вместе со своими людьми.
«Здесь минимум три свидетеля, — подумалось мне, — и все они его люди.
Мы сжали пальцы до хруста, глядя друг другу в глаза. Вижу в них не только разочарование, но и опасение. Что ж, у нас разные пути, Ригольди.
— Подтверждаем договор, — сказал Орио, и шкиперы вразнобой повторили его слова.
— Отлично, — кивнул Эскобето, возвращаясь на место. Остальные облегченно вздохнули. — Есть у нас еще вопросы?
— Кто из командоров согласен пойти с тобой? — спросил я самое важное. — В прошлый раз ты мне так и не сказал, на кого надеяться.
— Китолов связан с дарсийцами, — командор поморщился. — Его не перетянем. За гравитоны этот парень готов лизать задницу королю. Впрочем, блеск золота с Эмитеза ему застит глаза. Можно попробовать… Дикий Кот, Гасила, Зубастик точно пойдут с нами. Трюмы, набитые золотом — весомый аргумент для союзничества.
— Лихого Плясуна я возьму на себя, — правильно расценил я замолкшего Эскобето. — Если противника удастся победить в честном бою, флотилия перейдет под мое командование.
Я кивнул на прощание и вышел из комнаты, где проходила попойка заговорщиков. Подозреваю, сейчас начнут обсуждать, что со мной делать. Но убивать человека, за спиной которого не меньше полусотни подготовленных штурмовиков (пусть и не так идеально, как хотелось бы) даже Эскобето не станет. Мы нужны друг другу.