Получай он хотя бы доллар за каждого заключенного, который сидел в этом кабинете, клянясь в своей невиновности, давно бы уже выстроил домик на Малибу-Бич и удалился бы на покой.
Грейс продолжала:
– Но… даже если бы я это сделала, не думаю… То есть хочу сказать, что мне здесь не место.
– Совершенно с вами согласен.
Грейс с облегчением вздохнула.
«Слава Богу! Разумный человек! Сумеет во всем разобраться. Убрать меня из этого скотного двора».
– К несчастью, мое начальство придерживается иного мнения. Видите ли, они считают, что обязанность штата – позаботиться о том, чтобы вас не линчевали.
Грейс побелела. Начальник неумолимо продолжал:
– По какой-то причине мои боссы полагают, что здесь вы находитесь в большей безопасности, чем где бы то ни было. Лично я считаю, что это не так. Но скажите, Грейс, что, по-вашему, мы можем сделать?
Грейс потеряла дар речи.
– Вероятно, если вы действительно пострадаете, они пересмотрят свое решение. Как думаете, такое возможно?
Он смотрел Грейс прямо в глаза. И тут ее осенило.
«Они попытаются убить меня. А ему на это плевать. Он ненавидит меня так же сильно, как все остальные».
– Я перевожу вас в другое крыло. Дадите знать, понравилась ли вам новая камера. А теперь прошу извинить…
Надзиратель увел Грейс.
Новыми сокамерницами Грейс были двухсотфунтовая черная торговка кокаином Кора Баддс и Карен Уиллис, стройная хорошенькая брюнетка лет тридцати.
Надзиратель рассказал Грейс, что Карен застрелила парня своей сестры.
– У обеих пожизненное. Как у тебя. Так что у вас будет уйма времени получше узнать друг друга.
Он ухмыльнулся. Грейс испугалась, что в его словах есть сексуальный подтекст, но не посмела уточнить.
«Я не должна сражаться с тенями. Говорят, что все женщины-заключенные – лесбиянки? Это просто миф!»
Настороженно оглядывая сокамерниц, она забралась на шконку.
«Начальник решил наказать меня. Эти женщины способны на что угодно. Они могут расправиться со мной. Нужно быть осторожнее».
Кора с трудом подняла со шконки свое чудовищно разбухшее тело и уселась рядом с Грейс."
"– Как тебя зовут, милочка?
Он нее несло зубной гнилью и потом. Грейс инстинктивно сжалась.
– Грейс. Меня зовут Грейс.
По какой-то причине Коре это показалось забавным.
– Благодать Господня![12] – прокудахтала она.