"
"А тем временем в одном из отелей Боготы Гэвин Уильямс стоял под холодным душем, с остервенением надраивая себя губкой. До чего же трудно оставаться чистым в этом грязном мире! Колумбия была самым злачным местом во всем мире! Здесь все было пропитано алчностью, заражено коррупцией. Гэвина тошнило от этого.
Яростно натирая свое запачканное тело, Гэвин думал о Мерривейле. В Швейцарии тот его унизил. И конечно, посчитал, что смеется последним. Но Гэвин думал иначе.
Мерривейл унизил не того человека.
Он об этом пожалеет.
Глава 12
Первый год заключения прошел быстро.
Большинство из тех, кто получил пожизненный срок, считали первые двенадцать месяцев самыми страшными. Карен описывала их Грейс так: «Ломка. Только отвыкаешь не от наркотиков, а от свободы».
Аналогия была довольно меткой, но для Грейс не годилась. Для нее первый год в тюрьме был чем-то вроде пробуждения от долгого сна. Она впервые столкнулась с реальной жизнью. Ее окружали самые обычные женщины. Из бедных семей. Женщины, выросшие не более чем в двадцати милях от ее дома, но жившие в мире, таком же чуждом Грейс, как рисовые поля Китая или пустыни Аравии.
И это было чудесно!
Грейс только в тюрьме осознала, что в прежней жизни дружба была миражем. Хрупкие, ненадежные связи поддерживали деньги или положение. В Бедфорд-Хиллз она увидела женскую дружбу иного сорта, порожденную несчастьем и укрепленную страданиями. Здесь если кто-то говорил тебе доброе слово, то не лгал и не притворялся.
Грейс медленно, осторожно, начала наводить мосты.
Кора была сгустком противоречий. Злобная, угрюмая и необразованная, она могла запугать любого – Грейс испытала это на собственной шкуре во вторую же ночь в Бедфорде. Но Кора была также верным другом и преданной матерью. После того как Грейс попыталась покончить с собой, материнские инстинкты Коры взяли верх. Не столько Карен, сколько Кора постаралась смягчить предубеждение остальных заключенных против «белой сучки».
– Дайте сучке шанс! Она ничего не украла. Вы что, смеетесь? Такая, как она, черствой булки не сумеет стянуть!
– Она богата, Кора.
– У нее даже детей нет! Почему ее перевели сюда? Даже начальник лижет ей задницу!
– Меня послушайте! – веско произнесла Кора. – Начальник едва ее не уморил.