Одним из самых ранних его воспоминаний было то, как отец вынес его на улицу и повернул его лицо вверх. Небо сияло звездами, рука отца крепко обвилась вокруг Фалька, когда он рассказывал ему об узорах, которые, по его словам, все время были там, где-то вдалеке. Фальк всегда ему верил, даже если не всегда их видел.
День 3-й. Суббота, утроС юга, не стихая, дул ледяной ветер. Женщины безмолвно брели вперед, склонив головы, чтобы защититься от его порывов. Они нашли узкую тропинку, или, по крайней мере, что-то похожее на тропинку, – возможно, протоптанную животными.
Бри проснулась несколько часов назад, замерзшая и в отвратительном настроении, не зная, как долго она спала. Рядом раздавался храп Джилл. Та спала как убитая. Возможно, от изнеможения. Она даже не проснулась, когда ветер снес их самодельный навес.
Бри лежала на земле и смотрела в бледное утреннее небо, чувствуя, как ноют все кости и пересох от жажды рот. Она видела, что бутылки, которые Лорен поставила собирать дождевую воду, все попадали. Повезет, если им достанется хотя бы по глотку. По крайней мере, еда, которую Бри положила рядом с головой сестры, исчезла. Она испытала одновременно и облегчение, и разочарование.
Бри все еще не совсем понимала, почему не рассказала остальным, что у нее осталась еда.
Утром она попыталась поговорить с сестрой, когда они скатывали мокрые спальники.
– Спасибо.
Настала очередь Бет отмахиваться.
– Забудь. Только не понимаю, почему ты их так боишься.
– Кого?
– Всех их. Элис. Джилл. Даже Дэниела.
– Я не боюсь. Мне просто важно, что они обо мне думают. Они мое начальство, Бет. И твое, между прочим.
– Что с того? Ты ничуть не хуже их, – Бет остановилась и посмотрела на нее. – На самом деле на твоем месте я бы не стала так цепляться за Элис.
– О чем ты?
– Не важно. Но будь осторожнее с ней. Лучше начни подлизываться к кому-нибудь другому.
– Господи боже, я просто серьезно отношусь к своей карьере.