Так что, кто кого бросил и кто виноват в расставании, останется между неудавшейся парочкой. И что же, теперь жить, не дыша полной грудью, и не высовывать носа из швабровки, шарахаясь от собственной тени? Нужно быть сильной и уверенной в себе и для начала перестать думать о Мэле. Совсем. Словно бы не существовало никогда Егора Мелёшина на белом свете. Пустое место - и то есть, а Мэла нет. Испарился, исчез, сублимировал, растворился. Уплыл бестелесным облачком, чтобы строить карьеру видного политика.
Самовнушение не помогало.
Как бы то ни было, дни текли, и мне пришлось примириться с постоянным беспокойством, открывающим утром мои глаза, и с трудом утихомиривающимся ближе к ночи.
Я и сама запуталась в мешанине чувств, сплетшихся в сложный клубок: тоска по парню с лихвой перекрылась нервозностью и дерганностью.
Мозг, донельзя перегруженный потрясениями ушедшего дня, забастовал, и в результате я проспала консультацию по основам элементарной висорики.
Раз, - и волна с рокотом намыла картинку экзамена по символистике. Два, - и следующая волна, накатив, принесла трепет уединенной встречи под люком. Три, - и пенные гребешки, отступая, обнажили смятение правильными и жестокими словами умного человека с жизненным опытом.
И так по кругу и до бесконечности, не давая сосредоточиться на учебе и заставить себя взяться за перо, то есть за исследование.
Собравшись, я двинулась в институт, и растревоженному сердцу вторило тусклое зимнее солнце, мелькавшее между кавалькадами перистых облаков, проносящимися по пастельному ковру небесной сферы. Под стать настроению порхали и мысли, перескакивая друг через друга.