Будто предыдущие десять минут я не дышал вовсе.
Я выполнил проход над всей колонной. Техника постепенно начала двигаться, а товарищ «Торос» продолжал докладывать через ретранслятор о состоянии машин.
— 453-й, одну коробочку потеряли. Два грузовых сожгли. Движение продолжаем, — доложил авианаводчик.
Беглый взгляд на топливомер не принёс мне радостных эмоций. Пора было уже возвращаться.
— 453-й, я 101-й, замена нужна, — запросил я через ретранслятор.
— Передаю.
Через двадцать минут появились и наши сменщики.
— 101-й, я 237-й, к вам четвёркой. Колонну наблюдаем. Готовы работать, — вызвал меня ведущий наших заменщиков.
— 237-й, понял вас, — ответил я, выполняя разворот на обратный курс.
Занин пристроился справа от меня, а пара Аси и Диси шла чуть в стороне. В такие моменты так и хочет сказать: « — на этом мои полномочия всё». Но война продолжается.
Это был лишь очередной эпизод.
Напряжение спало только после запроса от руководителя полётами на площадке.
— 101-й, Клёну. Подход разрешил. Давление 735.2, ветер у земли штилевой.
— Понял. Записал. Рубеж 10 километров от точки доложу, — ответил я.
В правом глазу слегка защипало от пота, а во рту уже давно пересохло. Я взглянул на часы и увидел, что уже почти шесть часов вечера.
— Саныч, можно вопрос.
— Хоть два, Кеша.
— Время ужина, а мы ведь ещё и не обедали сегодня, — спокойно заявил Петров.
Я и забыл, что с Кешей у меня постоянные две проблемы — его аура всё и везде сломать, и его желудок.
— Иннокентий, после всех сегодняшних боевых вылетов, сопровождений колонн и боёв с Апачами, ты можешь думать только о еде? — удивился я.
— Эм… ну так война, как болезнь — приходит и уходит. А кушать хочется всегда, — совершенно спокойно ответил Кеша.
Что и говорить, а мой оператор, потрясающе прямой человек. Всегда говорит, что думает.
После посадки и выключения я не сразу вылез из кабины. Хотелось просто посидеть с закрытыми глазами. Но у меня были некормленые «дети».
— Сан Саныч, там ужин привезли, — подошёл ко мне техник.
— Это хорошо. Мы сейчас подойдём, — ответил я и начал вылезать из кабины.
Вечернее солнце пока ещё пригревало и не собиралось садиться за горизонт. Стоящие рядом Ми-24 продолжали готовить к повторным вылетам, а к нам уже спешил старший инженер испытательной бригады.
— Сан Саныч, ну вы там и дали просраться! Это ж какая антиреклама для Апачей. Нос утёрли…
Конечно, хорошо, что мы доказали наше превосходство.