К тому же сам Король Бурь – ситхи! Стоит ли удивляться, что его соплеменники держат Саймона в плену, когда внешний мир медленно умирает от холодного гнева Инелуки.
Дни шли за днями, каждый следующий ничем не отличался от предыдущего, каждый усиливал тоску Саймона. Он перестал делить вечерние трапезы с Джирики, предпочитая одиноко ужинать под песни сверчков и соловьев. Игривость Адиту вызывала у него раздражение, и он начал ее избегать. Его тошнило от ее ласковых поддразниваний. Он знал, что значит для нее не больше, чем комнатная собачка для королевы.
Джирики нашел его в роще лиственниц, где он сидел, как мрачный ощетинившийся еж. В клевере гудели пчелы, солнце проникало сквозь иголки, штрихуя землю серебряным светом. Саймон жевал кусочек коры.
– Сеоман, – сказал принц, – могу я с тобой поговорить?
Саймон нахмурился. Он уже знал, что ситхи, в отличие от смертных, действительно уходят, если не получают разрешения остаться.
– Думаю, да, – наконец ответил Саймон.
– Я хочу, чтобы ты пошел со мной, – сказал Джирики. – К Ясире.
Саймон почувствовал, что у него появляется надежда, но она сразу вызвала боль.
– Зачем? – спросил он.
– Я не знаю, мне лишь известно, что всех, кто живет в Джао э-тинукай’и, просили там собраться. И я считаю, что тебе тоже следует туда пойти."
"Надежды Саймона увяли.
– Меня не приглашали.
Некоторое время он представлял, как все будет происходить: Шима’онари и Ликимейя признают свою ошибку и отправят его восвояси с подарками, а также поделятся своей мудростью, чтобы помочь Джошуа и остальным в их борьбе.
– Я не хочу идти, – после долгого молчания сказал он.
Джирики присел рядом с ним на корточки с изяществом хищной птицы, устроившейся на ветке.
– Я бы хотел, чтобы ты пошел, Сеоман, – после недолгих раздумий сказал Джирики. – Я не могу тебя заставить и не стану просить, но там будет Амерасу.
Саймон сделал вид, что его это не интересует. Постепенно он перенимал обычаи ситхи.
– Ты опять упоминаешь День Ежегодного Танца, Джирики, – сказал Саймон. – Но ты никогда мне не рассказывал, что это такое. Я, как ты знаешь, видел рощу Ежегодного Танца.
Ему показалось, что Джирики сдерживает улыбку.
– Но издалека, я полагаю.