Сусанна так и не вспомнила, замечала ли она когда-либо раньше эту дверь.
Поставив фонарь на пол, приказчик, понатужась, отомкнул замок и открыл дверь, окованную изнутри медными полосами. На Сусанну из глубокого подземелья пахнуло холодом и плесенью.
– Сторожась ступай, склизь на лесенке!
Женщина покорно ступила в черную дыру. Узкой щелью сжались вокруг нее стены с низким сводом потолка. Шанежка направлял фонарь под ноги. Лестница вниз была очень крутая, привела к узкому длинному коридору. Еще одна дверь, с виду тяжелая, но Шанежка пинком ноги легко отворил ее.
– Тут теперь твой покой будет, хозяюшка невьянская.
Женщина не удостоила приказчика ни единым словом с самого мига поимки. Она отвернулась к стене, безучастная к его наставлениям. Шанежка достал из кармана свечу, зажег ее от фонаря. Воткнул свечу в щель между каменными плитами пола... Постоял, покачал головой.
– Эх, судобушка! Ведь, как жила-то...
Однако и этот сочувственный тон узница оставила без всякого внимания.
– Ладно! Еще намолчишься досыта. Над демидовскими рубликами царствовать станешь, с крысами в компании. Крыс здешних не бойся, они у Демидова сытые, на людей не зарятся.
Он вплотную приблизился к пленнице, развязал ей руки, снял с лица полотенце. Потоптался, пока женщина разминала руки...
– Ты, слышь, не серчай, что на заимке я тебя бадейкой шарахнул. Ведь не по злобе, а в горячке. Ежели бы не нашел тебя, не привез назад, – сегодня с камнем на шее дно в пруду целовал бы.
"Сусанна, не узнавая собственного голоса, первый раз заговорила с приказчиком:
– Кто меня выдал?
– Вот те Христос, никто! На заимку нечаянно явились.
– Сюда зачем привел?
– Хозяин велел.
– Пытать станете?
– Про это не знаю. Сама понимать должна: не в себе хозяин. Совсем разум утерял, как ты убежала. Что ж, покуда прощай!
Взял в руку фонарь, ушел не оглянувшись.
Сусанна осталась одна. Осмотрелась.