Хочешь сказать, Рустама посадили в тюрьму из-за дурацкого меча? Какие-то ненормальные люди настолько одержимы этим антиквариатом, что убили Жаклин Верман и повесили преступление на моего мужа?
— Тебя это удивляет?
Я неопределенно мотаю головой.
— И где найти меч? — закусываю губу от волнения. — Что ты знаешь об этом оружии?
— Много, — чеканит Джеро. — Но готова ли ты мне заплатить?
— Готова, — киваю. — Сколько ты хочешь? Деньги достану.
Дьявол. Если Рустам не идёт на сотрудничество, то я сама найду и отдам проклятую штуковину.
— Деньги я могу добыть и сам, — вдруг отрезает Джеро.
— Ладно. Тогда что тебе нужно? Другие мечи? Драгоценности? То, что ты поможешь Рустаму, будет уже своего рода отмщением. Думаю, он бы не хотел получить от тебя поддержку. А тут выходит…
— Райден стал для меня безразличен.
— Я могу сделать другое предложение. Только озвучь желание прямо. Надоело теряться в догадках.
— Все просто, — ладонь Джеро опускается на мое горло. — Я хочу тебя. Для начала — в постель. Дальше — будет видно. Я помогу тебе вытащить Райдена из заточения. Помогу найти меч. Но взамен ты станешь моей.
— Что ты, — губы едва двигаются. — Повтори. Что ты сказал?
Остается надежда, будто я ослышалась. Неверно поняла. Не разобрала слова до конца. Хотя все обозначено предельно четко. Призрачный шанс маячит на горизонте.
— Хочу тебя, — ровно произносит он. — Всю. Как есть. Дикую.
"Я реагирую рефлекторно. Рука взмывает вверх. Для пощечины. Но Джеро перехватывает мое запястье. Ловко. Молниеносно. Делаю вторую попытку, однако вновь попадаю в плен. Ярость клокочет внутри. Обжигает. Опаляет нутро. Гнев заставляет кровь кипеть. Разливается по венам гремучей отравой. Воспламеняет. Обостряет нервы до предела.
Я жажду причинить ему боль. Отплатить. Хоть немного.
Я наступаю на ногу Джеро. Очень жалею, что туфли без шпилек, без намека на каблук. Подошва ровная. Но я стараюсь вложить максимальную силу в этот удар. Продолжаю отчаянно вырываться.
Гад. Ублюдок. Подонок. Сволочь. Больной урод.
Я ему рожу расцарапаю. Оставлю такие шрамы, что до смерти не забудет. Сотру с его омерзительно красивого лица все это чертово самодовольство. Заставлю орать. Еще поглядим, кто кого.