– И? – осторожно поинтересовался Гриневский. Викинг уселся за стол, сцепил пальцы в замок.
– И предлагаю я вам послужить родине еще раз. Поставить точку в этом деле.
Завтра в Москву я отправляю литерный поезд с этой долбаной платиной. Вы отправитесь с ним. Под конвоем. Сдадите ящики, и пусть в столице решают, как с вами быть. Но обещаю: то, что вы помогли моей структуре, вам зачтется. Будет официальное расследование, но ничего страшного, обычная бюрократия. Я замолвил за вас словечко... Ясно?
– Не очень, – медленно проговорила Маша.
– Ага. Вы ее нашли, отбили у уголовников, вы ее и доставите по назначению... По-моему, логично.
– А какие гарантии, что ваши московские коллеги не упекут нас по полной программе? – спросил Гриневский.
– Господь с вами, какие гарантии?! Никаких гарантий, кроме слова офицера.
Покойный Гена Голованов выполнял мой приказ, операция по поиску рудника с самого начала была под моим контролем, стало быть, вы оказали услугу лично мне.
А я умею быть благодарным. Максимум через две недели будете свободны, как ветер, включая гражданина Гриневского, с ксивами и даже кой-какими деньгами...
Карташ и Гриневский переглянулись.
– А что, у вас есть другие предложения? – ласково спросил викинг. – Могу вернуться к первому варианту и передать вас товарищу Бортко, раз плюнуть, только скажите...
– Не надо Бортко, – решил за всех Таксист. – Едем на паровозе, начальник.
– ...и на период с двадцать первого по двадцать пятое сентября эти улицы будут закрыты для движения, – в наступившей тишине сказала очередная дикторша из телевизора.
Глава 2
Постой, паровоз...
Пятнадцатое сентября 200* года, 10.13."
"Существует ли в действительности река Потудай или это плод писательской фантазии? Вопрос из радиовикторины занимал сейчас Карташа более всего остального.