Пловчиха вошла в открытую перед ней одним из караульщиков дверь с цифиркой ""1"", небрежным жестом поманила Карташа за собой, а вот караульщики остались по ту сторону двери и дверь эту закрыли. «Ого! – изумился Карташ. – А как же быть с неусыпным охранением моей персоны? Вдруг я чего выкину против самой грандмадамы, против примы здешнего театра? И пущусь в бега?» Но пускаться разумнее всего было бы вплавь, потому что дверь с цифрой ""1"" вывела их к двадцатипятиметровому бассейну. Все как положено, как и в любом другом бассейне: прозрачная вода голубого отлива, водная поверхность разделена вдоль веревками с нанизанными на них оранжевыми пластиковыми кругами, большие часы на стене.
– И... что? – вырвалось у него.
– А ничего, – повернулась к нему Пловчиха, – купаться будем.
– Ага, – Алексей изо всех сил старался сохранить лицо.
– А что вам не нравится, в толк не возьму, – она расстегнула молнию спортивной куртки, обнажая закрытый купальник. – Или вам больше нравится взаперти торчать?
Карташ смотрел в ее серые холодные глаза, в которых не обнаруживал ни намека на лукавство, никаких тебе смешинок там не вспыхивало. Она говорила абсолютно серьезно. И не просто говорила, а продолжала раздеваться. Сбросила куртку, сняла кроссовки, стянула спортивные штаны.
– Если не желаете плавать голышом или в том, что у вас... под верхней одеждой, в этом шкафчике найдете плавки. Новые, в упаковке.
Объясняя Карташу, где чего взять, она уже успела натянуть на волосы (благо короткие) купальную шапочку.
– Я смотрю, у вас тут все помешаны на двух вещах, – Карташ присел на край бассейна, не торопясь следовать чужой прихоти с нерассуждающей лакейской готовностью.
– Заплывов наперегонки я с вами устраивать не намерена. Вам у меня все равно не выиграть.
– Значит, вы все-таки занимались плаванием?
– Что значит «все-таки», – сказала она без всякого выражения.