– Думаю, в данных обстоятельствах целесообразно отозвать Суворова из Москвы. А все контакты с Хиромантом, до прояснения ситуации, временно заморозить.
Директор ЦРУ на несколько секунд задумался, после чего взял лежащую на столе телеграмму и сунул ее в стоящий под столом измельчитель, за несколько секунд превративший телеграфный бланк в бумажную труху. Механический стрекот циркулярных ножей специального устройства, как ни странно, успокоил шефа центральной разведки. Когда он поднял взгляд на стоящего напротив начальника русского отдела, его глаза излучали ледяное спокойствие.
– Подготовьте необходимое обоснование для руководства ФБР. Чтобы уже завтра даже духа этого Суворова не было в Москве.
* * *– Товарищи офицеры!
Собравшиеся в зале коллегии оперативники дружно поднялись со своих мест, приветствуя вошедших в зал генерала Локтионова и полковника Егорова. Локтионов сразу прошел к отдельно стоящей трибуне, а Егоров уселся за длинный стол президиума. Места в президиуме предназначались для заместителей начальника управления и начальников ведущих отделов.
– Товарищи офицеры, по оперативным данным в Москву проник международный исламский террорист, разыскиваемый за совершение многочисленных преступлений на Северном Кавказе, Абу Джафар...
По рядам оперативников прокатился приглушенный ропот. Большинство из них слышали о Джафаре, а те, кто побывал в служебных командировках в Чечне, своими глазами видели следы его преступлений.
– Именно Джафар причастен к похищению и убийству американского дипломата Филиппа Уотерса, – подождав, когда в зале смолкнет шепот, продолжал Локтионов. – Наша задача разыскать Джафара и его боевиков и обезвредить, – закончил он. – С деталями предстоящей операции вас ознакомит полковник Егоров.
Егоров поднялся.
– Предположительно в похищении Уотерса участвовали четверо террористов.