В голове царила странная легкость, будто, падая, она все же приложилась о каменные плиты. А может быть, просто за последние дни она успела увидеть столь много, что очередной человек, когда-то клявшийся ей в дружбе, а сейчас пытающийся убить, уже не мог удивить ничем. Последняя мысль оказалась к месту: Ида почувствовала, как сквозь пустоту тонкими струйками начинает просачиваться злость. Еще не ярость и даже не гнев, всего лишь злость, но уже одной ее оказалось достаточно, чтобы синяки стали болеть меньше.
Тут будет реклама 1
Ида подогнула под себя ноги и, стараясь не морщиться, встала. Двое гвардейцев тут же шагнули в стороны, беря ее в полукольцо и при этом ни на мгновение не отводя излучатели. Они действовали так, будто дочь императора была по-настоящему опасна. А сейчас, встав на ноги, стала еще опаснее. Иде понравилась эта мысль — она придавала ее злости новый оттенок. И стоять прямо, не позволяя себе сутулиться от боли, сразу же стало проще!
Ида посмотрела на свою первую придворную даму.
Тут будет реклама 2
Теперь уже, правда, — бывшую. Чем бы ни закончился сегодняшний день — бывшую.
— Почему, Силия? — произнесла она. Ида не сомневалась: Осару поймет, о чем именно спрашивает ее дочь императора. Та передернула плечами:
— Я ждала от тебя куда более умных вопросов, Ида, — Осару по-прежнему не сводила с дочери императора дула излучателя, держа его в двуручной стойке. Это был «аристократ» — достаточно легкая модель, чтобы можно было стоять так какое-то время и не бояться, что руки слишком быстро устанут и начнут дрожать.
Тут будет реклама 3
Конечно, всегда еще оставались двое гвардейцев, наверняка, стреляющих ничуть не хуже придворной дамы, но Силии, похоже, доставляло особое удовольствие смотреть на свою бывшую подругу сквозь прицел излучателя. — Я полагала, ты спросишь меня: зачем. Вот что тебя должно интересовать в первую очередь, Ида, — мои цели. Ведь именно они определяют твое будущее! А мои причины не расскажут тебе ничего интересного — они все как раз уже в прошлом.
Тут будет реклама 4
Ну, уж если ты так хочешь, я отвечу тебе на твой вопрос. Потому что я ненавижу тебя, Ида! — она все же опустила излучатель, поведя рукой по лбу. Ее всегда такая безупречная прическа сейчас выглядела растрепанной. Но не из-за прядей волос, упавших на лоб, и не из-за измятого платья Ида вдруг поняла, что не узнает ее.
