А что я могу сделать? Ничего! Я ничего не могу предпринять!
И это убивает!
В прямом смысле слова!
Дышать тяжело становится.
Паника нарастает, как и моё желание вдохнуть кислорода.
Подбегаю к окну, хватаю за ручку и ловлю воздух ртом.
Дышу. Быстрее. Глубже.
Впиваюсь пальцами в подоконник и боюсь упасть. И стираю первые капли слёз, льющиеся из глаз. Плачу уже навзрыд, с громкой истерикой.
Это длится несколько минут.
Осознание, бессилие накрывают с головой.
Я просто дышу. Держусь на ногах. Плачу. И не понимаю, как поступить.
Бессвязные мысли давят.
Неожиданно чувствую за спиной присутствие Артура. Одна ладонь опускается на талию. И когда она касается живота, словно накрывая его, слёзы с новой силой вырываются наружу. Прямо в его пальцы, что сейчас прикрывают мне веки и ловят влагу, стекающую по щекам.
Вот зачем он это делает?
Почему приходит, обнимает и прижимает к себе?
Почему не даёт молча ненавидеть его?
А за что? Разве не я сама виновата? Что дура, думала, не забеременею.
"Если бы пила… Не было бы ничего этого сейчас. Может, я успела бы узнать эту правду. Прошёл бы этот чёртов год, и всё! Я бы отправилась строить свою жизнь.
И всё испортилось из-за одной лишь случайности!
— Перестань. Мы ещё не договорили.
— О чём ещё говорить? — хватаюсь за его тёплые пальцы. Пытаюсь отстранить их от своего лица. — Я больше ничего не хочу слышать, Артур. Я боюсь. Что услышу новости ещё хуже, и тогда…
— Я тебя понимаю. Но скажу, чтобы ты сама решала, что делать.
Так хочется развернуться, заткнуть его рот ладонью.
Но вместо этого застываю.
— Страдают этой аномалией только девочки.
От тихих, спокойных слов в груди вспыхивает яркий огонёк надежды. Сердце на мгновение останавливается. А потом глухо бьётся в груди. И всё быстрее и быстрее, гоняя кровь по телу, от моих мыслей, ворвавшихся и въевшихся в мой мозг.
Это значит… Шанс есть?
— Мальчик может выжить.
Уголки губ сами тянутся вверх. А пальцы впиваются в чужие ладони.
Если это правда… Всё ведь может обойтись?
Только вот…
Улыбка с лица сползает.
Это ведь не выход. Не решение.
Я не знаю, кого ношу под сердцем. Я уже жду его с нетерпением, предвкушая роль материнства. Мне не важен пол, но… Если там девочка? За это время я привяжусь только сильнее. И что тогда? Да будет ещё больнее.
И мне, и Артуру.
Вот почему он говорил тогда сделать аборт.
И ведь он знал, что там может быть мальчик. Знал, что есть шанс стать отцом.