– Я его знала, – продолжала Дараи, – но ни разу им не пользовалась, я же ведьма, но даже будь я магом, у меня все равно не хватило бы и сил, чтобы поднять стольких…
– Но когда мы сошлись один на один, Наора уже не было, так? – спросила я. В этом я была уверена: сражалась я именно с Дараи, а не с магом.
– Он ушел, – кивнула Дараи. – Я… я растерялась, и тут-то вы и не упустили момент…
– Почему же он больше не вернулся? – спросила я. – Не вытащил вас из рук Коллегии, из этой тюрьмы, наконец?
– Должно быть, я больше ему не нужна, – усмехнулась ведьма.
– И у вас нет предположений, зачем ему это понадобилось?
– Ни малейших, – качнула головой Дараи.
Я помолчала. Да, негусто. Но все же…
– А что вы ощущали, когда Наор вами управлял напрямую? – спросила я. – Ведь, как я понимаю, основную часть времени вы действовали почти самостоятельно, следуя данным им указаниям, а Наор появлялся собственной персоной лишь иногда?
– Да, вы правы… – Дараи помолчала.
– Очень утешительная новость, – проворчала я.
– Было еще что-то… – продолжала Дараи. – Почти неуловимое, может, кто и не заметил бы, но я все же ведьма…
Я насторожилась. Ведьмы в самом деле могут чувствовать кое-что, недоступное обычным людям, будь они хоть десять раз магами, это мне было хорошо известно.
– Что именно?
– Я не могу это описать, – вздохнула Дараи.
– Белые сестры?! – Я опешила. – При чем они здесь? Мирная община…
– Нет, я не о них, – подняла руку Дараи. – Белые Сестры – это скалы на мысе Фергон, это там, где знаменитый маяк. Я видела их всего один раз, но их увидишь – не забудешь, даже не знаю почему, скалы как скалы… Не представляю, почему их так назвали…
– Значит, скалы на мысе Фергон, – вздохнула я.
– Больше я ничего не знаю, – устало ответила Дараи. – Госпожа Нарен…
– Да?
– Я выполнила вашу просьбу, – сказала ведьма твердо. – Выполните и вы мою…
– Выпустить вас отсюда я не могу, – произнесла я. – Об этом даже не просите.
– Я понимаю, – кивнула Дараи и внезапно схватилась за прутья решетки, приблизив ко мне лицо. – Госпожа Нарен, я прошу о другом…
– О чем же?"
"– Я знаю свою вину и знаю, что заслуживаю смерти.