— Просто я вышла вас встретить, а то в наших лабиринтах недолго заблудиться…
Уродливое офисное здание, в котором располагался городской отдел социального обеспечения Ярвила, было построено в семидесятые годы. Поднимаясь вместе с Кей в лифте, Парминдер пыталась определить, знает ли та об анонимном сообщении на форуме совета и о жалобе родственников Кэтрин Уидон. Она представила, как открываются двери лифта, а за ними стоят люди в костюмах, готовые предъявить ей обвинение и взять под арест. Вполне возможно, пересмотр дела Робби Уидона — просто ловушка и она суёт голову в петлю…
Кей провела её по обшарпанному безлюдному коридору в совещательную комнату.
— Это Нина, она курирует реабилитацию матери Робби в «Беллчепеле», — представила Кей первую из них, садясь спиной к занавешенному окну. — Это Джиллиан, начальница нашего отдела, а это Луиза Харпер, она инспектирует детский сад на Энкор-роуд. Доктор Парминдер Джаванда, участковый врач Робби, — добавила Кей.
Парминдер не отказалась от предложенного кофе. Четыре женщины не стали ей мешать и приступили к обсуждению."
"(Член местного совета доктор Парминдер Джаванда, которая делает вид, что печётся о бедных и обездоленных…
«Которая делает вид. Какой же ты мерзавец, Говард Моллисон». Впрочем, он всегда считал её лицемерной; так говорил Барри. «Думает, раз я родом из Филдса, то хочу, чтобы Пэгфорд заполонили ярвилцы. Но ты-то классный специалист, поэтому он полагает, что у тебя нет морального права занимать сторону Филдса.
— …Понять, почему эта семья получает медицинскую помощь в Пэгфорде? — говорила одна из трёх незнакомок, чьи имена Парминдер успела забыть.
— У нас на учёте несколько семей из Филдса, — сразу сказала Парминдер. — Но у семьи Уидон, по-моему, возникли какие-то сложности с предыдущим…
— Да, в поликлинике Кентермилла им указали на дверь, — подтвердила Кей, перед которой лежала стопка записей — толще, чем у её коллег.
— Почти пять лет, — сказала Парминдер, которая заранее просмотрела их карты в регистратуре.
(Она видела Говарда в церкви, на похоронах Барри: он притворялся, что молится, сложив перед собой огромные, жирные ручищи, а супруги Фоли стояли рядом с ним на коленях. Парминдер знала, во что положено верить христианам.