– Не благодари меня, маг, меня просил дэйург, – как можно более равнодушно ответил эльф. – Что слышно на севере? – с явной неохотой обратился эльф к гному.
– А ничего не слышно, – так же неохотно отозвался Элфи. – С тех пор как родители Мары и Кима переехали, подозрительная магическая активность еще сохранялась некоторое время, а потом и вовсе исчезла.
– Странно все это, – проговорил Орэн, проводя рукой по волосам, давно покрытым серебром прожитых лет.
Собеседники его ничего не ответили, каждый по своей причине.
– Ты правда это съешь? – Ким окинул сомнительным взглядом мои ночные припасы.
– Нет, как все заснут, понесу обратно, – буркнула я.
И угораздило же его притопать ко мне на ночь глядя. Хотя с тех пор, как я поговорила с магом и остальными, прошло уже больше двух недель, я все равно страшно смущалась. Мне было неуютно есть в столовой со всеми вместе, я буквально подавляла в себе желание откинуть вилку в сторону и нырнуть в тарелку вместе с носом… И уж конечно я отрывалась по ночам! Каа’Лим был просто в восторге от моих ночных выступлений с палкой колбасы в одной руке и крынкой молока в другой.
И сейчас меня начинало нервировать присутствие родного брата, потому что он не давал мне покушать! Я монстр.
Придя к такому вот неутешительному выводу, я все же отчаянно попыталась взять себя в руки.
– Ким, скажи, зачем пришел, и иди спать, я хотела помедитировать перед сном, – стараясь сохранить самообладание, проговорила я.
«О-хо-хо-хо!»
Угадайте, кто это хохочет в моей голове на данный момент? Да, да, это все он! Злобный, вредный желтоглазый котище, что сейчас развалился у меня на кровати и как-то подозрительно ерзает.
«Что, блохи зажрали? Это тебе кара небесная, чтобы над детьми не издевался!»
Ответом было что-то типа: «Уи-хи-хи-ха-ха!»
– Я вижу способы твоей ночной медитации, – одарив меня многозначительным взглядом, сказал Ким.