А я густо покраснела. При чем тут брови и платье, интересно знать?
– Ну ничего, маленькая хулиганка, после того, как я с тобой закончу, за тебя не придется краснеть, – продолжала бормотать эта ненормальная эльфийка.
Как я позднее узнала от Элфи, Айрин и впрямь была необычной эльфийкой, если можно так сказать. Она, как и Элфи, была бунтаркой и смотрела на жизнь не так, как было принято на ее родине. Айрин была эмоциональной и взрывной, обожала творить, но волею судьбы совершенно не обладала магическими способностями.
Но сейчас я всего этого не знала и потому не на шутку испугалась разгорающегося азартом взгляда эльфийки.
– Я думаю, нам понадобятся не только платья, но и брючные костюмы, – затараторила она. – О, я уже представляю конечный результат! Прекрасно, прекрасно…
Три часа кряду эта ненормальная повторяла текст примерно такого же содержания, попутно принося из глубины дома множество платьев, спортивных костюмов, брюк, туник и пиджачков, различную обувь, косметику, бусы, броши, сумки… Одним словом, у нее было все! Через четыре с половиной часа, уставшая и с прореженными бровями, я выходила из дома.
У нас с братом оставалось четыре дня, которые мы могли провести дома. Да, поместье Орэна стало для нас домом. Хотя я и понимала, что уехать все равно придется, и мне этого даже хотелось, но все равно было жаль расставаться с учителем, Элфи и Лиссой.
Глупышка. Бедная Лисса понимала, что, уехав от Орэна, мы пропадем на несколько лет, которые нам будет суждено провести в МАМ. А потом? Потом Ким вырастет, у него не останется времени на детские переживания, ведь для него откроется совершенно иной мир. А Лисса будет ждать за закрытой дверью в юность. Не знаю откуда, но я понимала это очень хорошо."
"Казалось, весь дом бурлит, как вода в кипящем котелке. Каждый что-то делал, суетился.