Каждый из нас чувствует, как кровь циркулирует в организме, – выразительно посмотрел он в мою сторону. – И знаешь, Мара, что вижу я, смотря на тебя?
– Н-нет, – от его пронизывающего взгляда мне стало как-то нехорошо.
– Чувствую, что сейчас особенно интенсивна ее пульсация здесь. – Большой палец его руки мимолетно коснулся моих губ. – Знаешь, что это значит? Нет?
Я растерянно качнула головой.
– Скоро у кого-то полезут зубки, – хмыкнул Тарий.
– К-какие зубки? – отозвалась я.
– Хорошие, – расплылся в улыбке ректор, а я начала сомневаться в трезвости его ума.
– Не смотри на меня так, – хмыкнул Тарий. – Ты должна знать, что твоя физиология отлична от человеческой. И сейчас с тобой происходит то, что принято называть созреванием. Процесс, мучительный для любой расы. Момент, когда наши дети наиболее уязвимы во всех смыслах этого слова. Не знаю, сколько мы сумеем справляться своими силами, но ты должна быть готова к тому, что может настать момент, когда нам понадобится привлечь твоих соотечественников…
– Это не слишком хорошая идея, – предельно серьезно сказала я.
Не знаю почему, но мне совершенно не хотелось посетить историческую родину. Возможно, я была не слишком уверена в том, что большинство демонов мне обрадуется. А может, просто не желала учиться жить в новом, отчего-то казавшемся мне враждебным обществе? Не знаю. Сомнений было множество.
"– Однажды это станет необходимым, – серьезно ответил ректор. – Возможно, сейчас ты этого не понимаешь, но очень скоро изменения, что сейчас происходят с тобой, не сможет скрыть даже мой амулет. И несмотря на то, что я был довольно близко знаком с твоим отцом, о физиологии демонов даже я знаю слишком мало.
– Но я не понимаю, почему я не могу вернуться к Орэну и продолжить свое обучение там? Ведь кроме него там обо мне никто не узнает!
– Исключено.
– Но…
– Не спорь. Или ты думаешь, твоя мать или отец были недостаточно могущественны, раз с ними произошло то, что произошло? Орэн не сможет тебя защитить.
– А ты сможешь? – почти вскрикнула я.