Тот затрепетал как бабочка на крючке. Вадим не дал ему разгуляться, мгновенно до хруста в позвонках сжал шею полицая и отбросил его как ненужную вещь.
На шум повернулись те двое. Крячко попятился. У рыжего испуганно забегали глаза. Он оказался ближе к Вадиму. Тот рванулся вперед и врезал по челюсти. У парня подкосились ноги, соскользнул с плеча немецкий карабин. Рыжий сложился пополам и рухнул как подпиленный столб.
Крячко успел стащить со спины винтовку. К сожалению, до этого экземпляра Вадим не доставал.
Но тут из лощины кто-то выскользнул и бросился полицаю под ноги.
– Мужики, аккуратнее, – предупредил Вадим. – Петро, без крови, я сказал! – гаркнул он на Чернулю, в руке которого заблестел нож. – Вы охренели? Самим же это носить.
Партизаны сообразили, что к чему. Шендрик ударил полицая по горлу ребром ладони, и тот подавился, прекратил сопротивление.
Чернуля присел на корточки перед поверженным молодчиком, смотрел на него с какой-то смутной задумчивостью. Шендрик зевнул. Белоусов схватил за шиворот побагровевшего красавчика, подтащил ближе и бросил.
Полицаи приходили в себя, с ужасом таращились на партизан.
– Кто это, господин офицер? – убитым голосом просипел красавчик. – Что происходит?
– Все идет по плану, господа, – любезно объяснил Вадим. – Сначала трусость, предательство, служба новым хозяевам, потом расплата, смерть, сырая земля.
Сколько раз он наблюдал подобную картину! Никакого самоуважения, чувства собственного достоинства. Очень редкие экземпляры в подобных ситуациях вели себя хладнокровно. Полицаи ползали в ногах, просили сжалиться. Мол, их заставили.
Выслушивать эти стенания не было ни сил, ни времени. Вадим вынул пистолет, приказал смертникам подняться, раздеться, снять обувь. Они повиновались, давясь слезами, упрашивали проявить гуманность.
Партизаны тактично помалкивали. Они тоже этого давно наслушались. Даже Чернуля, всегда непредсказуемый, взрывной и опасный, сегодня был сама скромность. Наверное, получил соответствующее напутствие от Сазонова.
Физиономия рыжего типа превратилась в отекший синяк. Он что-то бубнил, с губ сочилась слюна. Красавчик шатался, держался за горло, багровел от натуги. Физиономия Крячко превратилась в сморщенную сливу.