В должность Шабаров вступил месяца три назад, в последнюю неделю уходящего года, звание новое носил чуть больше месяца. Новый кабинет, новый круг обязанностей, новые возможности и перспективы. Единственное, что осталось неизменным – это помощник Шабарова, подполковник Старцев, с которым они работали уже не первый год.
– Сегодня действительно погода на удивление приятная. – Подполковник Старцев поддержал беседу. – Если верить синоптикам, тепло должно продержаться дней десять.
– Забудь. Синоптики всегда врут, – отмахнулся Шабаров.
– На этот раз угадали. Я вчера прогноз по радио слушал. Обещали тепло – вот оно и есть. – Старцев слегка улыбался. Он был младше Шабарова лет на пятнадцать и мог позволить себе считать генерала стариком со старческими же привычками.
– Ладно, посмотрим. – Шабаров тему погоды закрыл, пару минут посидел в тишине, подставив лицо солнечным лучам, затем открыл глаза и сосредоточил взгляд на Старцеве. – Такой расклад, Николай Викторович: вчера меня вызывал к себе начальник Первого главного управления Сахаровский.
– Посол в США, – коротко ответил Старцев, но краткий ответ Шабарова не удовлетворил.
– А конкретнее? – потребовал он.
– Меньшиков Михаил Алексеевич, Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в США с 1958 года. Ранее был послом в Индии и Непале. Еще раньше, в 1949-м, – министр внешней торговли. Что-то там не получилось, и Меньшикова освободили от должности министра, после чего он оказался на дипломатической работе, с которой справляется весьма неплохо.
– Банановая история. – Шабаров улыбнулся. – Товарищу Сталину как-то подали зеленые, неспелые бананы, а виновником в закупке мексиканской партии определили Меньшикова как министра внешней торговли. Меньшикова понизили в должности, и, как показало время, ему это пошло только на пользу. Как посол он показал себя гораздо лучше, чем как министр торговли. Но это все лирика. Наша история о другом.
– С Америкой новые проблемы? – высказал предположение Старцев.
– Да нет, с Америкой как раз все более-менее ровно. В отличие от Эйзенхауэра президент Джон Кеннеди изо всех сил старается показать, что стремится к улучшению отношений между СССР и США. Правда, пока его инициативы направлены на помощь развивающимся странам. 1 марта он подписал распоряжение о создании Корпуса мира, 13-го – провозгласил программу «Союз ради прогресса», призванную обеспечить экономическое и политическое развитие Латинской Америки.