Носит короткую стрижку, имеет военную выправку, хоть опыта военной службы у него нет. Владеет тремя языками: немецкий, французский, английский. Хорошо разбирается в живописи, под настроение рисует сам. Крайне нелюдим, в сильном раздражении имеет привычку касаться носа кончиками пальцев… – Семенов прервал чтение, поднял глаза. – Дальше идет описание привычек. Читать?
– Не стоит, эти привычки тебе еще только предстоит наработать. – Шабаров повернулся к Старцеву. – Что думаешь, подходит описание под майора?
– Не знал, что майор увлекается живописью.
– Ну, в галереях не выставляется, а в управлении пара-тройка его работ висит. Да, Николай Викторович, много тебе еще про наших ребят узнать придется. – Шабаров похлопал Старцева по плечу. – Будем считать, что с Семеновым не промахнулись. Посмотрим, что дальше.
Далее в списке числились два француза: Жан Франсуа Дюфур и Мишель Шенье. По легенде, Дюфур и Шенье работали в спецшколе для глухонемых, преподавали точные науки, математику и физику.
Четвертым шел Матти Виртанен, финн по происхождению, более пятнадцати лет на постоянной основе проживавший в Канаде, территория Юкон. Матти, имея двойное гражданство, финское и канадское, два года назад, после смерти жены, переехал на постоянное место жительства в Финляндию, но от канадского гражданства не отказался. В США едет присмотреть себе место для жизни.
– Два француза, немец и финн – странная компания, – после прочтения всех легенд произнес майор Семенов. – В такой компании мы точно привлечем ненужное внимание.
– Легенды нужны для переброски. Пройти проверку во время регистрации на рейс, не вызывая подозрений, – это максимум к чему мы стремимся, Паша.
– Что, если те, за кого мы будем себя выдавать, решат полететь в США или другую страну в то же время, что и мы? – задал вопрос Павленко. – Такое, конечно, маловероятно, но все же…
– Этого не произойдет, Юра, – заверил Шабаров. – К моменту переброски каждый из кандидатов будет нейтрализован как минимум на неделю.