Но если хоть одна из них решит опереться на ручку, дверь откроется, и Сабине придется объясняться.
– Кстати… он тебе тоже подарил подписанный экземпляр своей книги?
– Конечно, но я еще не читала. Не уверена, хочу ли знать, что там написано.
Сердце Сабины забилось где-то в горле, когда она услышала, как одна из женщин зазвенела ключами. Вот дерьмо!
– Шестьдесят пять лет успеха – что же еще?
– Да ну, об этом сейчас уже не может быть и речи. Как ты управляешься с новым служебным телефоном?
Соседняя дверь открылась, и теперь Сабина могла слышать разговор еще лучше.
– Уже научилась звонить по нему. – Обе рассмеялись. – Их же планировали раздать только в следующем месяце.
Хесс и Снейдер тут же отреагировали. Новые приборы можно лучше прослушивать и отслеживать.
Сабина навострила уши.
– Все равно на неделю опоздали. Бедный парень. Что ты сделала со старой сим-картой?
– Валяется в архиве."
"Дверь снова закрылась, и женщины стали удаляться.
Она подождала еще немного, затем выбралась наружу.
25Солнце только что исчезло за крышами домов, когда Мелани вошла в служебное помещение в здании Ведомства по уголовным делам, где работали сотрудники специальной комиссии по делу Клары. Большой круглый стол в центре комнаты был завален стаканчиками из-под кофе и горами документов. Кто-то даже покурил.
– …Все данные по michellel7@gmx.at. Да, срочно! – услышала она Хаузера, прежде чем он положил трубку. Затем он посмотрел в сторону двери и указал на свободный стул.
Мелани осталась стоять.
– Кофе? – спросил Хаузер.
Мелани отказалась.
– Как идет расследование?
Хаузер провел ладонями по лицу, что, видимо, означало «Даже не знаю, с чего начать». Наконец начал рассказывать об участке леса на краю города.