Вернее сказать, группа «На краю» спускалась вниз, окруженная множеством людей, среди которых был и Макс – ведь он должен был сегодня постоянно находиться около группы, чтобы сделать их фото.
Если на свою первую любовь, шедшую одним из первых, я лишь кинула пару взглядов, то на Кея я смотрела куда дольше. Вблизи, честно сказать, блондин напоминал человека, только что сбежавшего с мероприятия, подозрительно напоминающего то ли карнавал готов, то ли косплей аниме с военно-фантастической тематикой. Все эти геометрические узоры, цепи, ремни, нашивки, тяжелые ботинки на высоченной шнуровке, черная рубашка и штаны цвета хаки, сценический грим, делающий лицо Кея кукольно-неживым, – все казалось мне странным, но и завораживающим одновременно.
Впрочем, фронтмэн рок-группы шел одним из самых последних – позади него были только менеджер Андрей и какой-то пожилой, но отчаянно молодящийся мужчина с пивным брюшком, в котором я узнала господина мэра собственной персоной.
Близнецы спускались самыми первыми, после Макса, на ходу что-то настраивающего в своем профессиональном фотоаппарате.
Давай, не отвлекайся от своего фотоаппарата, может быть, и не увидишь меня – зачем нам опять лишнее смущение? Кажется, мои чувства к близнецам Тропининым победили огрызки и обрывки прежних чувств к тебе.
Ого, а у Фила на лице, точнее сказать, на правой щеке, умелые руки визажиста-гримера нарисовали едва ли не целую картину – полуобнаженную девушку, которую обвил большой, темно-зеленый змей.
Арин и Келла, отделенные от ребят неизвестными мне тремя парнями-техниками, спускались ровно посередине, ведя оживленный разговор. Правда, говорил синеволосый, а Арин молча слушал его, глядя себе под ноги.