Затем точно так же перекрашивала юбку. Сейчас все это в прошлом. И я могу себе позволить то, что хочу. Я ЖЕНЩИНА, и у меня будет столько вещей, сколько мне будет нужно.
– Тогда тебе нужно было выходить замуж за нефтяного короля или банкира. – В голосе Артура вдруг появилась какая-то ненависть. – Или что, такой вариант не подвернулся?
– Не подвернулся, – совершенно честно ответила я. – Я вышла замуж за тебя, и все, о чем я тебя прошу, это мне не мешать. Я все тяну сама, и ты никогда не сделаешь меня простенькой бабенкой, непривередливой в пище и в одежде, которой не нужны ни курорты, ни приличные рестораны.
– Ну что ты все утрируешь?! – взбесился Артур. – Я могу не только хлеба, но и икры красной принести.
– По праздникам, – поправила я. – А я люблю красную икру не только по праздникам. И я хочу обеспечить достойное будущее нашему ребенку. Твои возможности не соответствуют моим потребностям.
– Да так живут сотни московских семей!
– Я не хочу жить так, как живут сотни московских семей! Не хочу! Это не тот показатель, на который нужно равняться.
– Вся твоя жизнь пройдет в погоне за деньгами, – проговорил Артур с еще большей ненавистью.
– Пусть. Я думаю, что, когда мой ребенок вырастет, он будет мне благодарен.
– Я думал… Я думал, что ты родишь ребенка и станешь покорной.
– Никогда в жизни.
– Я мечтал, что ты будешь сидеть дома с ребенком, я стану помогать по хозяйству, а самое главное, мы постоянно будем вместе.
– А что же мы станем есть, если оба будем сидеть дома и друг на друга любоваться?
– Да что ты все на материальную сторону переводишь? Я говорю тебе о чувствах. Я о высоком.
– А я о земном. Мы не сможем накормить ребенка нашей любовью.
– Да найдем мы деньги на детское питание и на памперсы там разные! Без картошки и капусты сидеть не будем.
– Я не хочу сидеть на картошке с капустой, – проговорила я сквозь слезы и в который раз попыталась взять себя в руки. – Я слишком много на ней сидела в детстве…
На минуту я вспомнила слова своей мамы, которая говорила мне о том, что, как бы я ни рвалась вверх, Артур обязательно будет тащить меня вниз. И если он хотя бы раз затащит меня в свое болото, то мне будет очень трудно из него вырваться. Как же мама была права.