Сильные руки этого блондина вокруг моей талии. Миндалевидный разрез его зелёных глаз. Богато расшитый камзол. Играющая музыка. И разряженные в наряды средневековых придворных незнакомцы, обступившие нас плотным кольцом.
Ой, я непонятно каким образом оказалась на костюмированном балу.
А ничего так люди Новый год празднуют, с размахом. Куда уж нашей фирме с её доморощенным корпоративом и ёлкой, на которой вместо звезды раскачивался босс.
Красавчик, в которого я впечаталась, не торопился выпускать меня из объятий.
Аккуратные ноздри блондина затрепетали, словно он ко мне принюхивался. А потом его зрачки вытянулись, совсем как у Мурзика – бабушкиного кота!
– Ой, котик! – ляпнула я.
В глазах у этого сексуального котяры промелькнула растерянность.
– Э, нет, брат, так не пойдёт! – подскочивший к нам резвый брюнет отцепил меня от него.
Он сказал «брат»? Вот уж ни в жизни не подумала бы. Они же как небо и земля! Второй мужчина был тоже красив, но совершенно не похож на блондина. Разве что ростом и широким разворотом плеч. Ну, и богатством одеяний. Короткие чёрные волосы были небрежно взъерошены, а медового цвета глаза смотрели на меня нагло и бесцеремонно, с толикой любопытства. Этакий безбашенный сердцеед. Ещё один Гадик.
Впрочем, может, они не родные братья, а двоюродные? Это многое бы объяснило.
И, стоп. Какой ещё ритуал?
Брюнет подхватил меня под руку и уверенно повёл на небольшой постамент, где в ряд стояло несколько девушек. Все писаные красавицы в шикарных платьях, с диадемами на голове. Они безо всякого страха, с интересом оглядывались по сторонам, строя глазки молодым людям.
– А вот и десятая принцесса! – громогласно провозгласил ведущий этого праздника.
– Нет, постойте, это ошибка! Я не принцесса, а Снегурочка, и вообще не отсюда.
А попытка спрыгнуть с постамента увенчалась полным фиаско: быстро стало ясно, что вокруг меня и остальных девушек своего рода невидимое силовое поле, которое не давало возможности сбежать.
Это что, сотрудники какого-то научного института так развлекаются?"
"Мозг лихорадочно пытался подобрать логические объяснения происходящему вокруг сюрреализму. Но получалось неудачно.