Стыдно признаться, но весь первый год после потери семьи, в глубине души я надеялась, что однажды Сергей раскается, найдет подсказку, что на самом деле я жива, отыщет меня и все будет так, как я нафантазировала. Только потом, когда я впервые увидела его истинное лицо, все идиотские фантазии исчезли, уступив место болезненному осознанию — я никогда по-настоящему не знала этого человека.
— Валерия Дмитриевна? — после осторожного стука в дверь и моего разрешения войти, в кабинет протискивается Виталина.
Выжидаю какое-то время, прежде чем оценить результат ее работы. На первый взгляд чисто, но я иногда прищелкиваю языком и тянусь за карандашом. Не могу отказать себе в удовольствии наблюдать за тем, как она едва ли не обделываться от страха. В конечном итоге милостиво принимаю работу и как бы невзначай бросаю взгляд на настенные чесы у нее за спиной.
— Ну вот, Виталина Сергеевна, у вас есть целых семь минут насладиться законным обедом.
Когда она вылетает из кабинета, я залпом допиваю кофе, возвращаюсь к ноутбуку и заново перечитываю сообщения Сергея. Он увидит, что я их прочла и что после этого снова была онлайн, и опять не тороплюсь отвечать. Есть вариант, что ему надоест и он переключится на более доступную жертву, и на этот случай у меня тоже есть экстренный беспроигрышный вариант. Но пока ничего не указывает на то, что он готов так просто отступить.
Глава тринадцатая: Лори
Глава тринадцатая: Лори
Настоящее"
"До конца рабочего дня, я снова занимаюсь фирмой-прокладкой. У меня уже есть почти целиком готовая схема всех путей ввода и вывода, и остается только снова все перепроверить, чтобы исключить любые ошибки. Но это нужно делать на свежую голову, так что сегодня из офиса уезжаю только чуть позже остальных, предварительно заглянув в кабинет к Андрею — его уже нет на месте, хотя всю последнюю неделю он вообще тут редкий гость.
— Ты где? — слышу в динамике его раздраженный голос.
— Еду из офиса, где, к слову, тебе следовало бы появляться чаще.
— Когда ты будешь? — намеренно игнорирует мои слова. Любимая стратегия Андрея: то, что ему неприятно видеть и слышать — он не видит и не слышит.
— Ну если не застряну в пробке, то через полчаса буду принимать теплую ванну.