Сергей купил им маленькую квартирку. Машину, в которой успела поездить нимфа, Лиза, естественно, не забрала. Сергей предлагал ей другую – она отказалась. Купила машину в кредит, сама. Отдала сына в сад и пошла работать. Образование у нее было журналистское. Устроилась на работу в серьезный журнал, быстро сделала хорошую карьеру. Было непросто, даже очень. Корнюша много болел, в садик ходил плохо. Мама жила далеко и переехать в Москву не могла. Пришлось нанять няню – для подстраховки. Сергей, конечно, помогал.
Лизе было не до личной жизни. Приходила с работы и камнем падала в постель. Но! Она была вполне довольна своей жизнью и не совершала над собой морального насилия. И физического насилия над ней не совершали. Она была самодостаточна – не люблю это слово, но это так, – она стала хозяйкой своей жизни, сумела подняться из руин и собрать себя по осколкам. А через два года она встретила человека и крепко его полюбила, так же, как и он ее.
– А если бы я тогда не решилась? – сказала Лиза. – Не ушла бы, терпела? – Она мотнула головой, как бы стряхивая с себя тот ужас, который отчетливо себе представляла.
Конечно, мы обменялись телефонами и договорились встречаться. Жизнь закружила, и Лизу я больше не видела.
Правда, когда все это с Лизой случилось, ей было всего тридцать лет. Я это прекрасно понимаю и иллюзий на свой счет нисколько не строю.
* * *"
"Еще одна история, совсем непохожая на Лизину. Была у нас дальняя родственница Раечка Крошкина. Виделись мы с семьей Крошкиных нечасто – родня не близкая. Только на чьих-то свадьбах или на поминках.