И полнокровны губы! А ноги, ноги! Они так откровенно не прикрыты и так чудесно длинны!
И он забывает о своей вполне уже наметившейся плеши, подтягивает живот и принимается радостно смотреть по сторонам! А на службе просто ловушка! Все женщины скинули скучные пальто и шапки. Мелькают зубами, глазами и ногами. И у них еще нет артериального давления и запущенного гастрита, и они улыбаются ему, и ему кажется, что он им интересен! А почему бы и нет, кстати? Он – зрелый, солидный, успешный. Он состоялся как мужчина. За плечами богатый жизненный опыт.
Ну а дальше – как уж сложится. Как по судьбе. Может и любовь нечаянно нагрянуть, а может – так, пара-тройка свиданий на чужих простынях и мысль: а на черта мне все это надо? Ведь опять затылок тянет.
У женщин сложнее. Всегда сложнее, в любом возрасте. Им нужны любовь и доказательства любви. Постоянно, ежеминутно. А потом, женщинам тяжелее обнажиться – во всех смыслах, в прямом и переносном. Они обычно понимают, что далеко не прекрасны и не совершенны. Их мучают ложь и чувство вины, а еще то, что на ужин ничего не приготовлено и надо торопиться. А потом уроки с детьми, стирка и глажка.
– И я должна радоваться этому, как великому благу? – спросила я.
– Выходит, так. – Дядя Гоша ласково погладил меня по руке.
– Ну, да. – Я усмехнулась. – С кем не бывает? Блажит, миленький. Но он же осознал! И теперь жертва он, а не я. Он-то покаялся!
– А тебе нравится роль жертвы, Ирочка? – поинтересовался дядя Гоша.