За последний год наших с них переписок, я даже почти привыкла к его систематическим блужданиям в пространстве, но в последние дни его исчезновения почему-то до пугают меня до приступов панических атак. И самый поверхностный анализ, почему и когда это началось указывает на тот день, когда я пришла в себя в больнице, после того, как жирный боров Завольский решил показать, кто в доме хозяин и спустил на меня своих псов. Я начала плохо и мало спать. Меня мучает почти непрекращающаяся головная боль. И сны, в которых происходит что-то настолько пугающее, что я вскакиваю посреди ночи в холодном поту, но не могу вспомнить, что именно так меня напугало.
Я трясу головой, напоминая себе, что сейчас у меня не так много времени, чтобы ковырять то, что пока не имеет отношения к моим текущим проблемам.
Снова возвращаюсь к бумагам в первой стопке.
«Конечным бенефициаром «ЮнитиФорс» был Александр Гарин», — всплывают в памяти безапелляционные слова Вадима.
Очень тяжело не поддаться желанию разорвать бумажку в клочья — как будто если сделать это, и вся история перестанет существовать, и не будет никаких странных «трио» между моим отцом, Завольским-старшим и Угоричем.
— Локус, локус, — шепчу как заклинание, надеясь, что произойдет инсайд и меня осенит внезапным воспоминанием.