Соломон. Забытая нежность (СИ)

Но мне казалось, что вопрос урегулируется обычным путем: я оформлю Ане и Маше прописку, Ане подыщу работу, меня представим как жениха… Боялся я напирать с браком на Аню, и к Маше привязался, не хотел отпускать от себя девочку. Сам уже жалел, что заикнулся о браке. Наверное и вовсе напугал Аню этим предложением.

Только ведь я и сам не думал, что обычная поездка отдохнуть и побыть вдали от цивилизации обернётся для меня такими вот кардинальными переменами. Что встречу девочку очень похожую на Асю и тем самым получу шанс искупить свою вину перед дочерью, что не уберёг ее, потерял и никак не мог отпустить и забыть эту боль, эту ужасную потерю.

Те дни, что я провел с Машей, пока Аня лежала в больнице, окончательно лишили меня всяких сомнений. Быстро узнал все нюансы относительно их ситуации в органах опеки. Позвонил своим юристам и озадачил их, чтобы они просчитали все возможные ходы. А те в свою очередь предоставили мне всю информацию по этому поводу и подготовили необходимые документы. И если Аня согласится на брак, пусть даже фиктивный, у меня был шанс на то чтобы стать полноправным и законным опекуном маленькой девочки и другом для ее старшей сестры.

Но вероятно до брака все же не дойдёт и будет достаточно прописки и стабильного дохода, чтобы Ане разрешили опеку над Машей. Но я хотел быть с ней честным до конца, поэтому и сказал про фиктивный брак. Со временем я надеялся, что все устаканится и обе девочки скажут мне спасибо за мое решительное вмешательство, а пока я лишь видел боль и страдания в глазах обеих. Видел, как Аня смотрела на Машу, как сама Маша тянулась к сестре и мое окаменевшее сердце будто оживало рядом с этими девочками.

Когда той ночью я увидел Машу на пороге дома, как она плакала и просила меня о помощи, я снова подумал о том, что это проделки судьбы. Никак иначе она давала мне второй шанс, чтобы я не допустил прежних ошибок. А вытащив худенькое тело Ани из дома, охваченного огнем, не зная ещё тогда останется ли она жива, откачают ли ее врачи, осознал что эта встреча была роковой.

Наверное девочки были посланы мне свыше или наоборот, но одно я знал и чувствовал абсолютно точно, что я не должен их оставлять одних. Что я нужен им. Я поступал так как подсказывало сердце. Разум твердил обратное, но в этот раз, впервые за долгое время, я пренебрег им и отдал предпочтение и выбор в пользу чувств.

Под гнетом тяжёлых мыслей я провалился в сон и проснулся уже от того, что почуял как по дому разносился приятный аромат еды.