Однако давно перестали ходить в церковь, так что ничего удивительного, что мой вопрос стал для него неожиданностью.
Я сглотнула.
– Просто думаю, что отец убьет тебя, если наш брак не будет одобрен церковью, – я тянула Мэдока вперед, улыбаясь уголками губ. – Пошли.
Машина Джареда и Тэйт остановилась прямо за нашей. Мы ехали впереди, а они просто следовали за нами. Паб Sovereign’s находился в северной части Чикаго, как раз между муниципалитетом, откуда мы недавно выехали, и Северо-Западным. Мы припарковались, и я сразу зашагала в бар, точно зная, куда идти.
В дальнем зале, вход в который при желании можно было закрыть красными бархатными занавесками, за круглым столом в компании трех друзей сидел отец Маккэффри. Двое из них тоже были священниками, а третий, в кожаной куртке, – завсегдатаем бара.
– Здравствуйте, святой отец, – поздоровалась я, не выпуская руку Мэдока.
Он оторвался от кружки пива и круглыми глазами посмотрел на меня.
– Фэллон, дорогуша. Что ты здесь делаешь?
Несмотря на то что он жил в США уже больше двадцати лет, у него сохранился сильный ирландский акцент.
У него были темно-русые волосы с проседью, светло-голубые глаза и еле заметный пивной животик. Не считая этого, святой отец был в отличной форме. А из-за веснушек выглядел даже моложе, чем был на самом деле.
– Святой отец, это Мэдок Карутерс. Мой… жених.
Мы с Мэдоком покосились друг на друга и обменялись улыбками.
Мне было немного странно называть его женихом, учитывая, что я даже своим парнем никогда его не называла.
– Что? – отец Маккэффри открыл рот от удивления.
Мое сердце екнуло. Кажется, все пройдет не так гладко.
– Святой отец, я знаю, что вам это кажется странным…
– Святой отец, – перебил меня Мэдок, сделав шаг вперед.
Мэдоку стоило бы быть с ним вежливее.
– Когда? – спросил святой отец.
– Сейчас, – Мэдок смотрел на него сверху вниз, как взрослый, который разговаривает с ребенком. – Прямо здесь и сейчас.
Священник выпучил глаза от удивления.
– Здесь? – ошарашенно переспросил он, чуть не рассмеявшись.