Мне показалось, что она хочет уйти от ответа.
– Это не мой дом.
Я был настолько ошарашен ее внезапным приездом, что до прошлой ночи даже не задумывался о том, что она здесь делает. Ее мать была за границей. В Италии, Испании или где-то еще. Тратила деньги моего папаши на брендовые шмотки и бог знает на что еще. А у Фэллон здесь не осталось ни друзей, ни кого-либо, с кем бы она поддерживала связь. Изредка у нее были контакты с моим отцом, но его тоже не было дома, так что вопрос напрашивался сам собой.
– Тогда зачем ты приехала в дом мужа своей черт-те где шатающейся матери, который не считаешь домом?
Она заулыбалась еще сильнее.
– И где меня не ждут?
Я погрузился в воду и закрыл глаза.
Перед глазами замелькали картинки прошлой ночи.
– Почему же, еще как ждут, – парировал я.
Она усмехнулась.
– Когда ты заходил ко мне в комнату позавчера ночью, то говорил совсем не это.
Мне нечего было ответить.
Той ночью я вел себя как полный придурок.
Поправив волосы, я подтянулся на краю матраса и внимательно смотрел, как она отчаянно старается не перевернуться.
– Я был уверен, что ты наврала обо мне родителям. У меня было полное право на тебя злиться, Фэллон. Ты ни разу не позвонила и не приехала домой. Что я должен был думать?
Не удостоив меня ответом, она продолжала молча сидеть на матрасе, спрятав глаза за солнцезащитными очками. Ее взгляд всегда казался мне каким-то беспокойным, словно она искала что-то, но не могла найти.
Я повторил свой вопрос:
– Зачем ты вернулась домой?
Она глубоко вздохнула и наконец посмотрела мне в глаза.
– Попрощаться, – ответила Фэллон. – Я уехала так неожиданно, что не успела даже попрощаться с этим местом. И мне это необходимо, прежде чем я начну новую жизнь в Чикаго.
Попрощаться. Может, и мне нужно было то же самое?
– Они нашли тебя в кинотеатре, да? – спросил ее я.
Она грустно улыбнулась.
– Да, в твоей футболке. А на полу валялись твои джинсы, – закончила она и выжидательно посмотрела на меня.
– Ты уснула, – попытался объясниться я. – Я не хотел тебя будить.
Она продолжала сверлить меня взглядом.
– Я укрыл тебя? – спросил я, чувствуя, как почва уходит из-под ног."
"Я много об этом думал. После первого раза мы стали встречаться каждую пару дней, а потом вообще все ночи проводили вместе. Это продолжалось неделю. Мы всегда занимались этим в ее комнате, в абсолютной темноте, и мы строго-настрого запретили себе упоминать об этом где бы то ни было.