Ну, мне и повторить не трудно, если она не расслышала.
— Я не стану это пить.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, а потом рот Меллы искривился в неприязненной усмешке, и она, все так же не говоря ни слова, направилась к выходу.
Медлить было нельзя.
— Кармела? — окликнула я ее. — Кармела Лоттер, не так ли? Покойная супруга Герберта Лоттера?
Она не остановилась, лишь чуть замедлила шаг — на миг, на одно неуловимо короткое мгновение, — а потом продолжила идти, как ни в чем не бывало.
— Я живу с вашим мужем.
Моя следующая фраза догнала ее уже у самой двери, заставив споткнуться на ровном месте. И я прибавила, вспомнив о том, как она относилась к дочери.
— Мисти такая славная девочка. Мы часто проводим время втроем.
Да, я сознательно говорила так, чтобы невинная правда звучала как можно более двусмысленно. Хотела оглушить, шокировать, выбить почву из-под ног, и мне удалось это в полной мере.
Кармела стремительно развернулась, и в ее глазах я прочитала такую ненависть, что стало страшно.
— Кто ты такая? — почти прорычала она.
— Ученица вашего мужа.
Я в несколько шагов пересекла комнату, прижала спиной дверь, чтобы не дать Мелле уйти, и заговорила горячо, сбивчиво:
— Только ученица, ничего больше. Герберт опекает меня по просьбе родственников, поэтому и поселил в своем доме. Он любит вас, только вас. Все эти годы не переставал надеяться, искать. Ваш муж.
— Моему мужу будет лучше без меня, — отрезала Кармела.
— А Мисти? Ей тоже лучше без матери?
Женщина побледнела.
— У нее есть отец. Он позаботится, — произнесла она дрогнувшим голосом. — Защитит…"
"— От кого? От ваших «друзей»? О, да, от них точно нужно защищать. — Я подалась вперед, перехватила худую, тонкую руку, сжала. — Вы знаете, что ее недавно похитили, забрали магию, а потом бросили в яму с водой? Девочка чуть не погибла. Если бы ее вовремя не нашли… Я интуит, чудом почувствовала, указала направление.
— Что?! — Кармелу затрясло. — Ее оставили умирать в яме? Но они же обещали вернуть дочь домой... Клялись... Лишь поэтому я и согласилась... Чтобы спасти...
Она тихонько застонала, почти заскулила, прикрыла глаза и застыла, судорожно стискивая мои пальцы своими, холодными как лед, а, когда снова распахнула ресницы, на меня смотрела уже совсем другая женщина. Собранная. Уверенная.