Но зачем выделять на это целое крыло? — непонимающе смотрит на меня собеседник.
— А вы думаете, что только король и фаворитка болеют? — мой вопрос поставил мужчину в тупик. — Кстати, а зачем вы заставили меня раздеться?
— Это стандартная процедура, — мужчина отводит взгляд.
— И что в ней стандартного? Что вы хотели увидеть на моем теле? — я не отстану от него, пока он не объяснит мне все.
— Я подумал, что вы беглая преступница, — вдруг признается смутившийся мужчина.
— Что? — я опешила от такого признания.
— На бедре или плече у женщин, уличенных в преступлениях, ставят клеймо, — объясняет мужчина. — Эти женщины часто переодеваются в мужскую одежду, чтобы скрыться от властей, так как они обязаны вставать на определенный учет. Так как документов ваших я не видел, а вы были в мужской одежде, то я просто проверил, — нарочито безразлично пожимает плечами мужчина. — Давайте продолжим?"
"— Давайте, — я поджала губы. Не очень-то приятно знать, что в тебе подозревали беглую преступницу.
— И что делать? — глава Тайного отдела хмурит лоб.
— Первое — это прокипятить все белье и всю одежду, что носят король и фаворитка. Провести осмотр всех: от первого министра до последнего дворового мальчишки, — я представляю, сколько еще всего надо проделать, и понимаю, что здесь непочатый край работы.
— Ванну? — мужчина смотрит на меня с сомнением.
— Да, ванну для начала. Но необходимо оборудовать баню и как можно раньше, — я серьезно смотрю на мужчину.
— Вот с этим будет проблема, — мужчина даже кривится недовольно.
— Почему? — я не понимаю, в чем проблема заставить всех помыться.
— Ну, здесь бытует мнение, что от частой стирки ткань изнашивается, а к телу, наоборот, прилипают болячки и зараза, — объясняет мне глава Тайного отдела.
— Но это же несусветная глупость! — я удивлена невероятно. — Грязное тело порождает болезни.
— Я рос и воспитывался не здесь и потому не подвержен этому мнению, но местные могут начать сопротивляться, — предупредил меня господин Маттиоли.
— Значит, придется научить весь двор мыться. А кто не хочет — заставить, — я сжимаю губы в тонкую линию.