Совращенная

Алекс отодвинулась от него, пенис скользнул по ее животу и игриво уперся в пупок.

– Я хочу отнести тебя, сердце мое.

– Вот поправишься, тогда будешь меня хоть день и ночь на руках носить. Если захочешь.

– Захочу. – Он провел кончиком языка по ее губам, взял за руку и помог сойти с пьедестала.

Когда Николас направился к кровати с балдахином, Алекс застеснялась и попятилась, но он не выпустил ее руки, задернул полог, растянулся на черных простынях, положил ее на себя и поцеловал.

– Поднимись, я хочу полюбоваться тобой, – прошептал он.

Она села рядом с ним на колени, и его восхищенный взгляд заскользил по ее телу, не пропуская ни одной детали.

Алекс тоже не сводила с него глаз. Смуглый красавец на черном атласе был само искушение, сама мужественность, темные ресницы обрамляли два серых озера, таких глубоких, что в них можно было утонуть.

Он взял ее за запястье.

– Дотронься до меня, – попросил Николас.

Она погладила мускулы на его широкой груди. Ник направил ее руку вниз, к животу и чреслам.

По участившемуся дыханию она поняла, что ее прикосновение сводит его с ума. Он положил ее ладонь на восставшую плоть, Алекс провела по ней кончиком пальца, и ее глаза распахнулись от удивления – пенис увеличился и стал твердым как камень.

– А теперь возьми меня за руку и веди.

Она сомкнула пальцы на его запястье и поднесла его руку к своим губам. Потом опустила ниже.

– Слышишь, как бьется мое сердце?

Он кивнул, и она накрыла его ладонью свою грудь. Он провел пальцем по соску, и с ее губ сорвался полустон-полувздох.

Набравшись смелости, Алекс перенесла его руку на вторую грудь и тут же получила вознаграждение. Затаив дыхание, она положила его руку на живот и задрожала, когда он провел пальцем вокруг ее пупочка и пощекотал ямочку. Она судорожно вцепилась в его запястье, не решаясь опустить его руку еще ниже, но сгорая от желания сделать это. Затем раскрыла ладонь, предоставив ему полную свободу.

Николас запустил пальцы в рыжие кудряшки, окутавшие ее лоно.

– Ты хоть представляешь себе, сколько раз я проделывал это в мечтах? Я хочу, чтобы ты села на меня верхом, любовь моя.

Алекс не могла раздвинуть ноги настолько, чтобы выполнить его желание. Она села сначала на одно бедро и почувствовала, как ее колена коснулся тяжелый мешочек. Ник застонал.

– Тебе больно? – встревожилась Алекс.

– Нет, любовь моя, я на пределе, но, молю тебя, не убирай колено! А теперь откинься немного назад.