Кажется, Веста прикрыла глаза всего на миг, а открыв их, увидела упавшего замертво Шакала, Лера со следами крови на одежде, отца с зажатым в руках пистолетом.
– Не трогай его! – закричала Веста во все горло. – Не трогай, пожалуйста!
Ни Фил, ни Лер не поняли, к кому именно обращена фраза. Кого просила Веста? Не понятно.
У Лера в руках был нож. Он мог бы в одну секунду лишить старика жизни. Один точный бросок – и нет давнего врага.
Но и у Фила в руках было оружие. Пусть стар он уже, однако стрелял метко. Одна пуля отняла бы у гребаного главаря Адамиди самого близкого кровного родственника.
А Веста встала между двух мужчин. Вскинула руки, словно пыталась остановить две лавины, грозящие снести все на своем пути.
Встала и бросила взгляд сначала на отца.
– Отец, я люблю его! Люблю Адамиди! – твердо проговорила Веста.
А потом повернулась к Леру.
– Люблю, – повторила она. – Пожалуйста, пообещай, что не навредишь моему отцу! Он ведь мой отец.
И Лер кивнул. Он готов был пообещать все и намерен был сдержать слово. Главное, что видел отражение своих чувств в глазах этой храброй девочки. Убедился, что любит его. Не боится. Пусть он только что и убил человека собственными руками. А она не боится его. И любит.
Фил молчал. «Люблю Адамиди». Эта фраза когда-то разрушила все в его жизни. Втоптала в грязь его самолюбие. И будто он вернулся на много лет назад. В то время, когда он был молод и горяч, а его угораздило влюбиться в девушку по имени Афина – самое замечательное и прекрасное создание, которое когда-либо встречалось Филу.
Но любовь не была взаимной. Потому что его избранница уже сделала свой выбор. «Люблю Адамиди» – так сказала она. Всего два слова, а именно они стали началом вражды.
Потом, спустя время, Фил женился, у него родилась дочь. Но все годы он прокручивал в мыслях те два слова.
Пока не подвернулся случай. Ненавистный Макс Адамиди и юная и хрупкая девушка Афина навечно ушли из этого мира. Мало кто знает, но та авария была подстроена Филом и его людьми, и в ней погибли не только Макс и Афина. Тогда умерла и частичка души Фила. Что-то щелкнуло в его голове. И на смену желанию обладать Афиной пришла мания уничтожить всех отпрысков Адамиди, до единого.
А теперь что? Теперь его дочь предала его самого!
«Люблю Адамиди»…. Ненавистная фраза.