Он повернул и устремился прямо к арке, и, судя по встопорщенному игольчатому гребню, вовсе не затем, чтобы пригласить к танцу на празднике полнолуния.
– Что ты тут делаешь? – выкрикнул он ещё издалека, описывая круги над головой. Ночная тем временем зависла в воздухе, выжидая.
– Тебе какое дело? – огрызнулась Беда, ощущая растущее раздражение. В конце концов, невежливо заставлять собеседника смотреть снизу вверх. Сначала сядь, потом спрашивай!
– Тебя послала Пурпур?
– Может, это тебя она послала? Помнится, в тот раз твоя сестра ей служила, не я.
Стрела попала в цель – Холод вздрогнул и злобно оскалился.
– Если ты охотишься за моими друзьями, будешь иметь дело со мной! – зарычал он.
– Смешно, – прошипела Беда. – Хочешь сказать, что мог бы меня остановить?
Конечно, Глин такого ответа не одобрил бы. Она нарочно раздражала ледяного, потому что с утра была не в духе, а он ещё больше всё портил. Надо было спокойно объяснить всё, сказать, где сейчас друзья… но… Во имя лун! Разве этот высокомерный идиот способен на такой разговор? С какой стати она должна брать всю вежливость на себя?
Тем не менее она могла хотя бы постараться предугадать, что произойдёт следом.
Холод нырнул к арке, и из его раскрытой пасти со зловещим скрежетом вырвался ледяной выдох. Часть крыла у Беды онемела, но она знала по опыту боёв на арене, что это скоро пройдёт – огненная чешуя управлялась со льдом легко.
Но всё равно, какая грубость, а?
Беда взмыла в воздух и плюнула в обидчика огнём. Голос Глина в голове заставил её сбить цель чуть влево, чтобы не ранить всерьёз… но напугать нахала всё же стоило!
Ледяной успешно уклонился, без сомнения, поздравляя себя и не подозревая, что его просто пожалели.
– Ничего больше не придумывается, тупица? – хохотнула она. – Мне твои игрушки нипочём, как насчёт честного боя, когти на когти… или трусишь?"
"Трус или нет, но на медлительность ледяной пожаловаться не мог.
Драться в воздухе оказалось куда труднее, чем она думала. Защищаться, атаковать и в то же время управлять фигурами полёта – ну и задачка! Беда ни разу ещё так не дралась, и чувствовала себя тяжёлой и неуклюжей.