Прежде она работала горничной в посольстве, потом вышла замуж и уехала с мужем в деревню. Но Вэйланд всё равно тайком с ней встречался.
— Зачем?
— Что «зачем»? — Бастиан сбился с мысли. Удивился вопросу. — Да зачем мужчина с чужой женой встречается? Спал он с ней.
— Я спрашиваю — зачем тайком? Если полюбил — почему не женился сам? Я бы не стал возражать, всем известно, кем была моя жена.
— Не знаю, — пожал плечами Бастиан. — Там вроде не было особой любви, просто им в постели хорошо было.
— Допустим. Дальше.
— Дальше? В общем, в этот раз он уехал и не вернулся. Я ждал несколько дней, потом отыскал её, вытряс правду.
— И? В чём была та правда?
— Разбойники, — глухо уронил Бастиан. — Эти двое в лесу встречались, не дома же у неё. К ним подкрались в тот самый момент, когда Вэйланд… занят был. Ударили его по голове, оглушили, утащили в лес. Он сразу сознание потерял, ничего сделать не успел.
— А она?
— А что она? Попользовались ею, да отпустили. Велели выкуп собрать, мол, полюбовник её явно из богатых, пусть его родня выкуп несёт.
— Ты отдал выкуп?
— Конечно! Но Вэйланда так и не вернули. Наоборот, пытались на меня напасть. Но я-то был начеку, в общем, это я на них напал. Допросил и узнал страшное…
— Что? Да не молчи же!"
"— Его убили. Случайно. Тот удар был слишком силён — перестраховались, Вэйланд же, по сравнению с ними, огромный.
Какое-то время в зале раздавалось лишь рыдание, король, словно убитый горем, сидел, уронив лицо в ладони. Наконец, Бастиан немного успокоился и вскинул голову.
— Я уничтожил их, дядя! Всех до одного! Никого не оставил в живых. Я сжёг их живьём, они мучились перед смертью, страшно мучились. Но это всё равно не вернуло нашего Вэйланда.
— А тело моего сына? — глухо спросил король, не убирая рук от лица.
— Они сожгли его. Испугались, что кто-то найдёт и опознает. Мне показали место, где зарыли останки, я не стал тревожить прах брата. Всё, что от него осталось — перстень наследного принца. Я отобрал его у одного из разбойников.
Бастиан достал что-то из кармана и протянул руку к королю.
— Подойди, — опуская руки, но не поднимая головы, так, что распущенные волосы скрывали лицо, велел король.