— Я столько не выдержу. Лучше сразу убей!
— Всё же, предпочитаешь казнь? — уточнил король.
— Нет, — Бастиан постарался взять себя в руки. — Ты сказал, что я смогу сократить срок наказания. Как?
— Ты не дослушал. Кроме ошейника ты приговариваешься к месяцу обязательных исправительных работ. А конкретно — к чистке свинарника.
— ЧТО?!
Советники тоже заволновались, стали удивлённо перешёптываться. Гровер удивлённо посмотрел на старшего брата. И лишь мы, четверо, сидели в рядок с невозмутимыми лицами, наблюдая за спектаклем.
— Я принц! Принцы не чистят свинарники! Нам это по статусу не положено.
— Вам и убийства организовывать не положено. Может, всё же дослушаешь?
— Но у меня же не будет магии, как я буду его чистить?
— Лопатой, Бастиан, лопатой. Руками. Но ты парень крепкий, справишься. Час физической работы в день тебя не убьёт.
— А запах? А грязная одежда? Я не смогу её зачаровать, и никто не сможет!
— Помоешься, переоденешься.
— За что ты так со мной, дядя?
— За что? ЗА ЧТО?! — Король резко встал с трона и, хотя оба дракона были примерно одного роста, буквально навис над съёжившимся от такого напора племянником. — Ты что, вообще не понимаешь, что натворил? Что могло бы произойти? Когда я снимал со своего сына ошейник, он едва дышал! Ты не представляешь, что это такое — когда твой ребёнок умирает у тебя на руках! И не приведи небо, чтобы когда-нибудь узнал! Осознаёшь ли ты, Бастиан, насколько сильно я в тот момент хотел удавить тебя собственными руками, без суда и следствия? И меня никто бы не осудил, никто.
На какое-то время в зале воцарилась тишина, все замерли и, похоже, не дышали.
— Прошу меня простить за мой срыв, — это в нашу сторону. Потом уже Бастиану. — Слушай внимательно и не перебивай. Месяц чистки свинарника. Это не обсуждается. За каждый пропущенный день — плюс год в ошейнике. Откажешься совсем — увеличишь своё наказание на тридцать лет. Всё понял?
Бастиан молча кивнул, глядя в пол.