А дальше что? Прямо так, без штанов, и появиться перед всеми? Нет, придётся как-нибудь иначе выкручиваться."
"И, не придумав ничего более оригинального, я просто погнала лошадь обратно. Словно пастушья собака, я гнала её, не давая свернуть с дороги, которую ясно чуяла — уж свой-то собственный запах я легко узнавала.
Выгнав лошадь на поляну, я увидела, что Реарден, поигрывая парой шариков, охраняет часть пленников, сбившихся в кучку, а Глен с Вэйландом, беря из этой кучи по одному разбойнику, тщательно их связывают и усаживают рядком возле костра.
Я на поляну выходить не стала, чтобы лишний раз никого не нервировать, поймала взгляд Вэйланда, кивнула ему, а потом отправилась за главарём, особо не торопясь. Даже если и попытается сбежать, без лошади далеко не уйдёт, а по следам я его быстро отыщу.
Главарь лежал на том же месте и в той же позе, в которой я его оставила.
Но я придержала своего хищника. Да, мне передались его азарт погони и жажда крови, но сама-то я была существом разумным, поэтому инстинктам волка не поддалась. Он особо не сопротивлялся — одно дело убить удирающую добычу, и совсем другое — вот такую, лежащую, беззащитную.
Поэтому я просто взяла его зубами за одежду на спине и поволокла к месту стоянки, особо не стараясь нести аккуратнее. Учитывая, сколько загубленных душ на его совести, жалеть его я не собиралась.
Когда я уже чувствовала запах костра и лошадей — а это значило, что стоянка совсем близко, — человек в моих зубах очнулся и задёргался, пытаясь вырваться, но я рыкнула на него, не разжимая зубов, и он утих, только закрыл лицо, чтобы не расцарапать о ветки подлеска, по которому я его тащила.
Когда я вышла на поляну, все разбойники уже были связаны, а лошади — включая мою, вновь стреноженную, — спокойно паслись в сторонке. Глен и Реарден, сидя у костра, допрашивали одного из разбойников, а Вэйланд топтался на опушке, похоже, дожидаясь меня.